Он и так, и сяк, и на разные лады анализировал визит ривалов. Нарисовал маршруты едва ли не посекундного их передвижения по городу, прокручивал записи прослушивания, ища скрытый смысл в словах и в сопливом чихании.
- Если целью ривалов была передача сведений связному, значит, они её добились, но как? Местных мы близко не подпускали. Но связной каким-то образом получил информацию, иначе ривалы бы не уехали, не убедившись.
Веч пожал плечами:
- Признай, ты пристрастен. Задело, что Жети на тебя начхал?
- Бесов в зад твоему Жети с его недовольной мордой, - отмахнулся Крам.
- Как подумаю, что нас держали за дураков, и что истина где-то рядом, на поверхности, а мы не видим, сразу начинают чесаться руки, и хочется воплотить в жизнь пожелание твоему приятелю Жети .
- Он мне не приятель.
- Ну, и зачем его защищаешь? Лучше бы подсказал что-нибудь дельное.
Снова и снова Крам прокручивал катушки с магнитными лентами и снова и снова изучал схему перемещения ривалов по городу.
- Неспроста ""страус"" насвистывал, может быть, в свисте зашифровано послание, - пришло ему в голову.
- Что за мелодия, кто знает? Её разве что глухой не слышал. Пацанва крутилась рядом с ривалами и разнесла по городу.
Вот неугомонный. Привлек офицеров из гарнизона, и те выяснили через амодарок - своих мехрем* - что Жети насвистывал амодарскую песню. Простенькую, из трех куплетов и припева. Записали слова песенки на амодарском, и Крам подключил дешифровщиков. Те и так вертели текст, и эдак, - ничего не получалось.
Требовался ключ.
- Какие певуны, такие у них и песни. Амодары сами из себя невнятные, и песни у них с повторами, - ворчал Крам. - То ли дело, наши песни. Строчка за строчкой - и так до конца. Любо-дорого послушать.
Тут как нельзя вовремя один из офицеров доложил, что узнал от своей мехрем: песня изначально считалась ривальской, а позже была адаптирована под местный язык.
Много ли нужно Краму для нового витка вдохновения?
- Видишь, откуда ноги растут? Точнее, торчат ривальские уши, - разошелся он.
- По большому счету, язык песни не имеет значения для связного. Должно быть что-то, объединяющее и ривальскую, и амодарскую версию. Одинаковое для обоих вариантов. Что бы это могло быть? - размышлял он, кружа по кабинету. - Нечто универсальное, общепринятое, вне зависимости от знания языка... Ноты! Вдруг у ривалов и амодаров общее нотное письмо?
Ладно, с нотной грамотой амодаров достаточно быстро разобрались, спасибо мехрем лейтенанта Д'Укера.
