Они приехали сюда по доброй воле, чтобы заработать, и вернутся домой не с пустыми руками. У нас нет насилия и принуждения. Мехрем из дома встреч никто не осудит, контракт держит ее имя в тайне. А если какая-нибудь вдовая даганка задумается о ребенке, ей выплатят дополнительное пособие, и она уедет в Даганнию до окончания контракта.
- И отец признает ребёнка? - спросила Айями, наблюдая, как даганка, несмотря на неудобное одеяние, ловко огибает столы с подносом в руках.
- Тут дело полюбовное. Как правило, даганки не претендуют на признание отцовства, но если родитель введет его в свой клан, это похвально.
У нас никто не показывает пальцем на одиноких женщин с детьми. Неважно, есть у ребенка отец или нет. Наоборот, женщина, взявшая на себя ответственность за рождение младенца и воспитание в одиночку, достойна уважения. Ведь сейчас всё зависит от женщин, точнее, от того, как быстро восстановится население Даганнии.
Айями чуть не поперхнулась вином от воодушевления в прозвучавших словах. Наверное, и Веч успел приложить руку, точнее, другую часть тела к восстановлению численности населения.
Даганны шутили, смеялись, курили, накачивались вином. Расселись со своими спутницами за столами и начали произносить тосты. На даганском. Учитывая, что из присутствующих женщин разбирались в чужеземном языке только переводчицы, салютование бокалами и солидарные выкрики ""Хей!"" заставляли настороженных амидареек испуганно вздрагивать. И Оламирь не понимает в разговорном даганском, - с удивлением заметила Айями, обратив внимание на скучающую красотку.
И такое пренебрежение к амидарейкам было оскорбительно.
Веч поднялся, постучал вилкой по бокалу, и в зале наступила тишина.
- Скажу слово. Нынешний Бейрихен* мы пропустили, но скоро наверстаем упущенное и, слава Триединому, встретим немало Бейрихенов на родной земле.
Со своих мест поднялись и другие офицеры.
- Слава Триединому! - гаркнули хором и залпом выпили содержимое бокалов.
А амидарейки не поняли, о чем тост, и неловко молчали, опустив глаза.
И почти не пили, и мало ели. Оно и ясно, что неясно, чему радоваться.
И на том спасибо, что даганны позаботились, расставив блюда с пресными закусками отдельно от тех, что сдобрены огненными специями.
- Кроме вина ничего нет? - спросила Айями.
- Чаю, например? - рассмеялся Веч, и другие офицеры поддержали шутку. - Нет, сегодня здесь пьется только вино.
- И никакого сахша*, - сказал многозначительно господин У'Крам. - Мочилки* нам как раз и не хватало.
