Нечто

Надежда все еще была в забытьи, и он решил сам пройти внутрь. С ним вышел поговорить врач. Юра слышал, что его рот произносил слова, и ему казалось, что произносил он их очень четко и ясно, но вряд ли он имел хоть какое-то отношение к этим словам. Рот просто хлопал, как старые ставни на ветру.

Его долго не пускали посмотреть на тело – он ведь не родственник, – но у него был такой вид, что, казалось, сейчас он разорвет санитаров на куски, и его пропустили.

Она лежала на каталке. Когда врач убрал покрывало, Юра неосознанно зажмурился.

Он боялся узнать, на ком из дочерей Надежды остановил лотерейный барабан смерти свою метку, он боялся, что на него слепо уставится обезображенное лицо Алисы, ничего не имеющее общего с его ангелом, и только от этой мысли ему казалось, что его рассудок отделяется от мозга.

Когда он все же осмелился приоткрыть глаза, то ноги его подогнулись. Девушка была как живая, она словно спала. На щеках – свежий румянец, будто она только что вошла в комнату после зимней прогулки. Лицо красивое и величественное, немного грустное.

Вот только шея была плотно замотана красным полотенцем… Или не красным? Присмотревшись, он с содроганием понял, что оно полностью набухло от крови. Ему показалось, что ее ресницы трепещут, и Юре пришла совершенно уж дикая мысль – она жива! А что, бывают же такие ошибки, когда у людей, которых уже доставили в морг, потом прощупывался пульс!

Он прильнул к ее груди и, тщетно пытаясь уловить стук сердца, неожиданно поймал себя на мысли, что Бог в который раз оказывает ему свое благоволение.

Лежащая на труповозке девушка была Инной. Сестренкой ангела.

– Я совершенно не хочу есть, – сказала Надежда. – С того самого… Глупо, да? Есть надо, а мне не хочется.

– Есть надо, – проговорил Юра. Он разлил водку по рюмкам, и они выпили.

– Утром поел, – соврал Юра.

Он выскочил в приемную.

– Где ее сестра?! – спросил он, срываясь на крик. – Где?..

Ответ последовал не слишком утешающий – в реанимации. У нее серьезно поврежден позвоночник, но главное – она жива.

– Езжайте и разбирайтесь, – последовало раздраженно в ответ, – у нас и тут проблем хватает.

Потом вышла Надежда. Она шаталась, как пьяная, одна нога была без туфли, на лице кровоподтек. Они поехали в больницу к ангелу. Снова дорога, снова освещенная фарами холодная ночь. Напичканная транквилизаторами, Надежда все же нашла в себе силы рассказать ему, как все произошло.

Они взяли такси, частника. Денег «бомбила» запросил немного, и они с радостью согласились.