Нечто

– Уехать? Куда? В монастырь? – Лицо девушки разрезала холодная улыбка мертвеца. – Или в психушку?

Он не нашелся с ответом. Действительно, куда? Нелли затушила окурок в блюдце и спустила ноги с кровати.

– Сегодня утром я была в ментовке. С матерью Алекса. Она написала заяву об исчезновении сына. Третью по счету, потому что предыдущие не принимали.

– Да. Она устроила такой скандал, что к ней сам начальник вышел успокаивать. Ты бы видел, как с ней обращались в первый раз! Она: «У меня сын пропал!» А ей: «Не е…те нам мозги своим сыном, у нас шесть краж и четыре угона только за ночь.

Погуляет ваш балбес и вернется. Небось трахается где-то и водку пьет».

Она прервалась, словно испугавшись собственного голоса. Затем поглядела вверх, глаза расширились, будто она увидела что-то ужасное на потолке. Юра наблюдал за девушкой с нарастающей тревогой. Ее состояние ухудшалось буквально на глазах.

– Что мы будем делать, Юра? – еле слышно спросила она, продолжая изучать потолок. – Я больше так не могу. Не могу изображать волнение, когда говорю с матерью Лешки, не могу врать его родителям, что я не видела его в тот день.

Не могу смотреть им в глаза. Не могу слышать этот чертов телефон, когда они звонят каждый час и с надеждой спрашивают: «НУ ЧТО?! НУ ЧТО, НЕЛЛИ, ГДЕ НАШ СЫН? ОН ВЕДЬ ЖИЛ С ТОБОЙ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ?!!»

– Нелли, пожалуйста…

– Ты знаешь, что скоро будет девять дней? Как его не стало?

Юра с убитым видом кивнул.

– Ты представляешь, у нас только приняли заявление в ментовке, а он уже девять дней как труп.

Его только начнут искать (если наши менты вообще в состоянии чего-то делать), а его уже наполовину сожрали крысы. П…ц, правда?

– Подожди, я договорю. Знаешь, о чем я постоянно думаю? Не поверишь, Гюрза. Я боюсь. Я хочу сказать, что мне ох…но страшно. Ведь рано или поздно Алекса найдут. Что ТОГДА я буду говорить его матери? Отцу?

– Его уже нашли, – как можно мягче сказал Юра. Стараясь быть кратким, он рассказал о своей встрече с Микой.

Эта новость повергла Нелли в еще более тягостное состояние.

Лицо обмякло, как горячий воск, нижняя губа задрожала, придавая девушке отталкивающий вид, глаза вообще напоминали два запылившихся осколка стекла, в которых не было даже намека на жизнь.

Юра встал, поморщившись от боли в ноге. Наверно, все же придется навестить хирурга.

– Юр, – позвала Нелли, когда он уже стоял в дверях. Гюрза обернулся.

– Я была там. После акции, – прошептала она.

– Да, – чуть громче сказала она, в глазах заплясали сумасшедшие огоньки.