Глава 2"
"На душе у меня стало так тепло… Я ведь даже уже и не помню, когда так было. Особого тепла рядом с леди Виланой не чувствовалось. Вот не скажу, что мачеха со мной как-то особенно плохо обращалась. Учителя у меня были самые лучшие, одевала она меня, конечно, не у лучшего кутюрье, но вполне прилично. А вот тепла…
Я вздохнула. Тепло я чувствовала только рядом с Жемчужинкой. Или в своих воспоминаниях, когда уносилась в них далеко-далеко, в глубокое детство.
Теплая улыбка отца, его руки, одобрительно трепавшие меня по голове, когда я первый раз подняла взглядом маленькую, легкую, как пушинка, бумажную коробочку.
Папа тогда поднял меня на руки и закружил. Я знаю, конечно, что он меня просто любил, и без всякой магии левитации, которая время от времени вырывалась на волю.
Леди Вилана смотрела на нас неодобрительно. Ей вообще не нравилось, что у меня была магия. У самой мачехи магия так и не пробудилась.
Может быть, как раз еще и поэтому она хотела выдать меня замуж за лорда Стасия?
Неужели леди Вилана мне просто завидует? Да ну… Но у меня перед глазами так и стоял тот ее взгляд.
И была в этом взгляде какая-то тоска и ярость. Правда, глаза она быстро отвела в сторону. А я вот, оказывается, помню ее взгляд до сих пор.
Меня пробил озноб. Ведь каждому известно, что если магия не пробудилась или очень слабенькая, то в брачные отношения вступать никак нельзя. Магия тогда не пробудится совсем. Завянет на корню.
Эхх…
А может, я это себе и надумала.
Но ведь не зря она так торопилась сбыть меня с рук? Я потерла кончик носа.
Ладно. Не буду об этом думать, все равно бестолку. Да и слишком неприятные эти мысли. А я ведь помню, как один раз папа мне сказал, щелкнув по носу:
“Ли, не хмурся. Не думай о плохом. Выбирай свои мысли, как в саду выбираешь яблоки, упввшие с яблони”.
Я ничего не поняла тогда:
“Папочка, как это, как яблоки?”
Отец улыбнулся. Улыбка у него была такая светлая, что ее одной хватало, чтобы дурные мысли сами вылетели из головы и без всяких яблок.
“ А так, малышка.
Вот смотри”, – он пошарил рукой в траве и достал оттуда несколько паданцев.
“Видишь, эти два уже подгнили. Ты ведь их в рот не потянешь?”
“Не-а”, – помотала я головой.
“Я лучше это, румяное возьму.”, – добавила я.
Папа протянул мне яблоко, и я его схрумкала за минуту.
“Так и мысли. Хорошие пусть будут, а плохие – вон выметай”.
Я кивнула, но так и не поняла, как их выметать.
А вот сейчас потихоньку начала понимать. Просто не думать о плохом, и все.
