Вот жалко, я Тарике сказала, чтобы не будила меня.
Ведь собиралась пойти к самому закрытию, к девяти, раз на пары не надо.
Конечно, все самое вкусное адепты уже бы разобрали."
"Но кто ж откажется лишние полчаса поспать? Я даже мечтала об этом. Только ровно до тех пор, пока не начала отдыхать.
Нет, надо бежать. А то все оладьи разберут. У тетки Миланы они особенно удавались. Пышные, румяные, с хрустящей корочкой.
Я сглотнула, выбежала за дверь за дверь и нос к носу столкнулась с Тарикой.
– Привет, Тарика! Бежим в столовую скорее.
Я уже наотдыхалась, – я махнула ей рукой.
Но подружка повела себя странно. Она поджала губы и неодобрительно смерила меня взглядом.
Я, привыкшая к ее задорному и веселому виду, даже притормозила, придерживая сумку на плече.
Удивленно посмотрела и спросила:
– Ты не идешь на завтрак, что ли?
Тарика вздернула бровь и неприязненно ответила:
– Иду.
Повернулась и пошла.
Я прикусила губу. Что это с ней, вечно радостной и неунывающей девчонкой?
Наверное, что-то случилось.
А вдруг ей требуется помощь…
– Погоди, Тарика, – я догнала подружку и схватила за рукав.
Тарика выдернула руку и молча пошла дальше.
Точно, что-то случилось. Да она сегодня сама на себя не похожа. Бледная, губа закушена, глаза ввалились.
– Да что случилось, Тарика? Может, я могу тебе чем-то помочь? – я забежала вперед и уставилась на подружку.
Вот терпеть не могу всяких этих недомолвок. И хоть у меня никогда не было подруг, но книжек я много читала.
Всяких разных. И очень даже понимала, что нужно все всегда выяснять до конца.
А то так и единственную подружку потерять недолго.
Терять Тарику я не хотела. Ее задорное личико и радостная улыбка поднимало настроение даже в сумрачный осенний день.
Да и отходчивая она, характер такой. Хоть и болтливая чрезмерно.
А сейчас молчит и только хмуро на меня смотрит.
Ничего не понимаю.
Ну, я тоже на нее уставилась. Побуравили мы друг друга взглядами с минуту. А потом я пожала плечами:
– Ладно, не хочешь, и не говори.
В конце концов сколько можно за ней бегать?
Развернулась и пошла. И тут Тарику наконец прорвало:
– А вот и случилось! Да только не у меня, а у тебя, Лилиана!
Я остановилась и медленно повернулась:
– У меня? Это ты про что?
Выходит, она как-то узнала, что Жемчужинка стал мантикорой Артом, и потом опять превратился?
Но как?
Слышать она точно ничего не могла, спит Тарика как убитая, только положи. Сама говорила.
