Поэтому я продолжаю трахать податливое тело, сосредоточившись на зрительнице. Сейчас это Тина стонет подо мной, её гладкие ягодицы сжимает моя рука, и влажная плоть туго обхватывает мой член. И это, блядь, охеренно.
Очередной крик той, кто сейчас, определённо, лишний в этой комнате, вклинивается в мой личный вакуум.
— Алекс… я больше не могу…
— Закрой свой рот.
Тина слабо дёргается, пытаясь отвести взгляд, но я держу её в фокусе, не позволяя этого сделать. Хочу, чтобы она в полной мере ощутила, каково это — стонать подо мной.
В её потемневшем взгляде я вижу немой отклик. И вот она уже не стоит в дверях этой комнаты. Она подо мной, хлюпает возбуждением, жмурит глаза, похотливо стонет, пока с готовностью принимает меня в себя.
Раскалённая магма несётся по позвоночнику прямиком к члену, и я едва успеваю заморозить стон в горле, потому что взрыв настолько силён, что на мгновение я лишаюсь способности видеть. Когда открываю глаза, Тины уже в комнате нет.
Отстраняюсь от всхлипывающего тела и стягиваю презерватив.
"
"— Было так больно? — спрашиваю больше для того, чтобы обозначить, что мы закончили. Я знаю, что не всё так плохо, потому что чувствовал ее оргазм.
Кони молча шмыгает носом и, закутавшись в одеяло, следит, как я нащупываю в кармане брюк мобильный телефон.
— Вызову тебе такси, — поясняю, тыча на клавишу вызова. — Если тебе нужно воспользоваться душевой, не затягивай с этим.
По разочарованному взгляду вижу, что она на такое не рассчитывала. И так происходит почти всегда. К чему искать скрытые мотивы и придумывать то, чего нет? Если я не хотел знать её в начале вечера, так почему должен захотеть это сделать, после того как удовлетворил свою потребность? Я ведь честно сказал ей то, что имел в виду.
Этим современное общество меня раздражает: слова не значат ничего. Люди говорят «да», на самом деле, имея в виду «нет», разбрасываются обещаниями словно мусором, забывая о них через минуту. Если бы они относились к словам не так легкомысленно, жить было бы гораздо проще.
Но к счастью, это не моя проблема.
Пока Кони нехотя сползает с кровати и натягивает платье, я иду в душ. Теперь я знаю, чьё лицо имеет мой самый сильный оргазм.
Бонус 3
— Что будешь делать? — слышится за спиной голос Зеда.
Я не поворачиваюсь и не отвечаю. Мне требуется время, чтобы задушить немую ярость, превращающую рассудок и здравый смысл в пепел. Ублюдки посмели подобраться к моей семье. Стреляли по машине, в которой сидела моя жена. Беременная моим ребёнком.
