Нелюди Великой реки. Полуэльф

 — Не вопросом на вопрос, не комментировать вопрос, а именно отвечать на мои, — он выделил интонацией слово «мои», даже паузу сделал, — вопросы.

Василий Васильевич повторил вопрос, а я вместо ответа недоуменно уставился на него. Молчание затягивалось.

— Не хотите отвечать, Корнеев? — без видимых знаков нетерпения спросил контрразведчик.

— Вы же знаете ответ: сами меня видели на балу в Благородном собрании. Забыли?

— Я не для собственного удовольствия с вами беседую, а по долгу службы, — прокомментировал мой выпад Василий Васильевич.

Погоди, дорогуша, это цветочки еще. Пусть на вопросы о себе я ответил четко, это еще не значит, что так дальше пойдет, пока третья степень устрашения в бездействии обретается… Тут я скосил глаза на безмолвно стоящего у стены седого унтера.

— Запиши: признается, — кивнул Вась-Вась Локтеву, строчившему протокол.

Хороший ход. Если ему удастся убедить меня, что я признаюсь, то дальше будет легче: признался в одном — признаюсь и в другом. Например, в том, что именно я являюсь негласным лидером членов ордена Созерцающих и главным жрецом богини смерти Кали.

— Имели вы контакты с Натальей Ивановной Бороздиной, пока находились в городе Сеславине?

— Не такие, каких хотел бы.

— Отвечать на вопрос без двусмысленностей! Прямо и точно! Нам нужны прямые ответы! — Это уже Локтев спешит отметиться, отрабатывает свой недавний промах. Вась-Вась только глазки закатил, показывая, как он намучился со мной, бестолковым. То ли еще будет…

— Повторяю вопрос! Имели вы контакты с Натальей Бороздиной?

— Задавайте прямые вопросы.

Василию Васильевичу уже хотелось крови. Локтеву тоже. Полинялому унтеру у стены ничего не хотелось — в его глазах я не мог прочесть никаких желаний, никаких эмоций. Машина, не человек. А это плохо. Колдун же выглядел заинтересованно и слегка озабоченно.

— Вы же образованный человек, Корнеев, — сказал Вась-Вась, старательно восстанавливая спокойствие.

— Что нет? — Глаза у Василия Васильевича выкатывались из орбит, так он удивился.

— Я не человек. Нелюдь, если угодно.

На Василия Васильевича было жалко смотреть. Я его отчасти понимаю. Каких он эльфов видел? Наверное, тех, кто попадался ему на горячем и под пыткой или под угрозой пытки выкладывал все и закладывал всех… Но меня пока не пытают — я не обвиняемый и не арестованный, я — задержанный.