По сути, всего, что угодно!
А он все смотрит в пустоту. Не на меня. От его мощного тела пышет такой яростью, что я боюсь того момента, когда он повернется. Взглядом ведь испепелит. Чего он ждет? Почему молчит?
Совершенно не понимаю, что у него на уме, и от этого еще страшнее.
Ещё секунда, и Арон, не говоря ни слова, уходит прочь. Дверь хлопает так, что я вздрагиваю. Грех жаловаться, могла ведь вообще слететь с петель.
Арон:
Еще один глоток обжигает горло. В трактире сегодня тихо и пусто. Из десяти столов заняты лишь два, и то парочками, что не замечают никого кроме собственных пассий.
Если бы мне кто-то сказал, что я пойду в трактир в свою первую брачную ночь, я бы ни за что не поверил. Но оставаться в особняке после всего, нельзя – мне бы крышу снесло.
Ее слезы. Это хуже яда. И зачем боги наделили женщин этой способностью изводить мужчин? И это ведь не в первый раз, когда Элла плачет.
Как сейчас помню тот день, когда ее поцеловал.
Дракон не шутил, когда потребовал Эллу себе. Да-да, ту самую Мышку, которая в разы уступает доступным мне красавицам.
Лишь, когда я вернулся в город и получил от сыщика отличные новости по поводу Незнакомки, дракон унялся. Он ждал не меньше меня встречи, обещанной Поэром следующим днем.
В тот момент я твердо решил, что проводив Эллу домой, поставлю точку в истории с помолвкой. Вот только вид ее опекуна не пришелся по душе.
Эдакий благородный муж в обществе и тиран за стенами своего дома. Даже думать не хочется, что он может сделать сделать с этой несчастной девочкой, после того, как я от нее откажусь.
Еще и после ее ночного исчезновения.
Потом. В следующий раз. Не горит.
Горит, вообще-то. Не люблю тянуть. Но тут выбор очевиден. Не подставлять же Эллу под гнев.
Надо отложить разговор. Да и не плохо было бы, сначала известить отца о моих намерениях, но он, как назло, уехал контролировать порт. Значит, завтра.
Завтра тоже выдалось неординарным. Начиная с того, что я никак не ожидал, войдя в оранжерею, куда стекалось безмеренное количество адептов, увидеть Эллу… на коленях.
Не знаю, кто из нас с драконом тогда взбесился больше. Не знаю, почему, но ярость была настолько сильной, что одного сожженного договора показалось мало. Надо было сжечь там всех.
– Что здесь происходит?!
Этот голос. В гробу я его слышал! Профессор Салас. Помешает моему суду?
Нет! Хуже! Что он творит?!
Я застываю, как оцепеневший, когда Салас берет на руки Эллу. Дракон неистово рычит внутри, что-то требует, но я его не слышу.
