– Элла, я… – он осекается, смотрит по сторонам на толпы голодных адептов, стягивающихся к обеду, и добавляет. – Не здесь. Пойдем.
Подталкивает меня к выходу, я послушно следую за ним. А как иначе, если он начал такой странный разговор? Что значит “Ты меня не помнишь”? Я, что, знала его раньше?
Это я и спрашиваю, как только профессор запирает дверь своей лаборатории изнутри. На ключ. Что настораживает еще сильнее. Но любопытство пересиливает всякие сомнения.
Предлагает мне присесть на стул, а сам усаживается напротив.
О чае в этот раз не вспоминает. Заметно, что профессор нервничает.
– Ты помнишь дом с голубой крышей? Помнишь сад с прудом, где любила запускать камни в воду? – спрашивает он, внимательно всматриваясь в мои округлившиеся глаза.
– Нет, – отрицательно машу я головой. А должна?
– Ты жила там, когда была маленькой. Бегала босиком по траве и дразнила меня, пока твой отец учил меня зельеварению, – ошарашивает он меня еще одной нелепой новостью."
"– Вы ошибаетесь. Мой отец никогда не занимался зельями.
Он стихийник, как и все Блейки, – отрицаю я. Пусть сама и не помню о нем ничего, но пару раз слышала что-то подобное от тети и дяди.
– Нет, Элла. Он зельевар. Очень талантливый. По крайней мере, был таковым до трагической кончины. К Блейкам ты не имеешь никакого отношения. В тебе ни капли их крови нет.
– Профессор, вы что-то путаете! Мы с сестрой…
– Астрит тебе не сестра, – отрезает он. – Она такая же несчастная девочка из приюта, которую взяли себе Блейки.
– Да что вы такое говорите?! – злюсь я и вскакиваю с места. Я могла бы принять от него все что угодно, но Астрит! Это слишком! – Астрит мне роднее всех на свете!
– Не веришь мне, спроси ее, – только и говорит он. – В отличие от тебя, твоя сестра наверняка помнит, кто она.
– Она бы не стала мне лгать!
– Не думаю, что она сделала это со зла. Ты потеряла память после пожара. Она любила тебя и защищала. Так, как считала нужным. Это ведь она создала для тебя этот артефакт, верно? А Блейки ни к артефактам, ни к зельям склонности не имеют.
Они – стихийники и только.
– Я вам не верю, – выдаю я дрожащим голосом, хотя где-то в глубине души зарождаются сомнения. – Зачем вы мне все это говорите? Откуда вы знаете?
– Потому что искал тебя, – выдает Рик.
– Искали? Зачем?
– Твой отец пожалел и принял меня, сироту, как сына, а я дал клятву защищать семью. Но когда случился пожар, я был в пансионате. А когда вернулся, тебя уже не было.
