Нелюбимая для властного лорда

– В смысле?

– Уйдёшь? – нервно дёргает уголком рта. – Вот так просто?

– Ну… да, – пожимаю плечами. – Мне с тобой делить нечего.

Смотрю на него открыто и просто. Моргаю. Снова пытаюсь обойти. И снова он не даёт:

– Как это – нечего? – подозрительно хмурит брови. – А право наследования?

Кусаю губы, пытаясь подобрать нужные слова и вообще подступиться к этому разговору:

– Твой отец разве ничего тебе не рассказывал… обо мне?

Последние слова произношу едва слышно, глядя на Кристиана, не отрываясь.

– Как-то, знаешь ли, не довелось, – его лицо вновь кривится в знакомой усмешке.

– Были темы поважнее. Например, гидроизоляция шахты и отвод подземных вод. В общем, не до тебя нам было. А что?

– Что ты знаешь о землях Пимар? – решаю зайти с другой стороны, потому что в его присутствии мне неловко, да и не хочется обнажать душу.

Кристиан морщится и презрительно выплёвывает:

– Гиблые земли, источник заразы и тьмы. Всякий, кто их касается, долго не живёт. По-хорошему, отцу бы давно отказаться от них.

И пусть с ним возится кто-то другой. Но разве он откажется? Ему всегда и всего мало!

Просто он чувствует за них ответственность – проносится в мозгу.

– Знаешь что-нибудь о магии возрождения? – прохаживаюсь неторопливо вдоль стола, раз уж он меня не выпускает.

– Очередная сказка для дебилов, – кривится Кристиан. – От людей было бы больше пользы, если бы они меньше слушали глупые рассказни, и больше работали. Это враньё, байки для слабоумных.

Моё терпение неожиданно заканчивается.

Резким движением задираю рукав платья и протягиваю ему руку с тонкой росписью золотого рисунка:

– Знаешь, что это? – сверкаю глазами.

Кристиан смотрит на сгиб моего локтя, не моргая, коснуться не пытается. Спустя пару секунд его лицо освещается узнаванием:

– Быть не может, – шепчет он тихо, затем поднимает на меня потрясённые глаза.

– Я существую, да, – одёргиваю рукав вниз. – Теперь, надеюсь, ты понимаешь, почему нам с тобой нечего делить? Через год ты обо мне даже не вспомнишь, как и твой отец.

Последние слова проговариваю тихо."

"– Он чудовище! Я так и знал! Мерзкий самовлюблённый эгоист, который думает лишь о себе и деньгах, больше его ничто не волнует! Так было раньше, так остаётся сейчас. Ничто не поменялось! Сначала моя мать, теперь ты. А не пора ли уже и ему самому сыграть в ящик?

– Не смей! – за доли секунды подлетаю к нему и отвешиваю звонкую пощёчину.

Кристиан смеряет меня высокомерным взглядом.