Нелюбимая

Но стоило Роме появиться на пороге, куда что делось. Да, ярость еще курсировала по моему телу, периодически подогреваемая словами Романа, но основной запал уже прошел. А вот когда он впился губами в мои, я окончательно растеряла всякую способность к сопротивлению. Что же он делает со мной?

Рома несколько минут терзает мои губы, а потом отрывается от них, тяжело дыша, и смотрит мне в глаза, прожигая взглядом внутренности.

– Верь мне, – хрипло произносит он, – и никогда не сомневайся. Я не предаю тех, кого люблю.

– Любишь? – шепотом переспрашиваю я.

– Люблю, Тами.

Я шумно выдыхаю и медленно отстраняюсь от него.

– Ты даже не выслушал меня.

– Когда? О чем ты?

– Тогда, когда я пропала на два дня. Рома, ты даже не выслушал! – я снова перехожу на повышенный тон, только бы не сорваться и не начать плакать. Внутренности прожигает обидой. – Когда любят, всегда дают шанс.

– Но ты же мне его не дала. Просто поверила левой девке.

– А я и не говорила о любви.

Не знаю, зачем сейчас это сказала.

Наверное, хотела уколоть побольнее и, судя по выражению Роминого лица, у меня получилось. Его взгляд мгновенно тухнет, как будто спичку поднесли к воде, и она гаснет с тихим шипением. Вся воинственность стирается с его лица, остается только усталость и боль, которая считывается без труда.

– Действительно не говорила, – произносит он больше для себя.

– Рома… – я спохватываюсь, понимая, что натворила. Ну какая дура непроходимая! Так хотела, чтобы он пришел ко мне, чтобы опроверг мои подозрения об отношениях с Леной.

Вот он пришел, и что я сделала? Только испортила все."

"– Не надо, – прерывает он меня, подняв руку. В растерянности топчется на месте, как будто не знает, куда ему идти. Оглядывается по сторонам, а я стою, как истукан, и никак не могу придумать, что делать дальше. Шагаю к нему, но Рома резко отступает, наконец поднимая на меня взгляд, полный такой тоски, что у меня начинает ныть сердце. – Не надо, Тамила, – повторяет севшим голосом, отчего мне хочется осесть на пол и положить руку на грудную клетку – туда, где болит больше всего.

– Рома, позволь я объясню.

Он невесело усмехается.

– Не стоит. Хреново у нас выходит, да, Тами? Ты все-таки беременна или нет?

И снова я поступаю как последняя идиотка, качая головой. Я могла бы сейчас сказать, что беременна, и он наверняка бы остался и выслушал меня. Только что это изменит? Он останется из чувства долга.