Нелюбимая

Жаль парня, который света белого не видел из-за женщины. Жаль юношу, который потерял столько времени, так и не получив настоящей взаимности. Жаль мужчину, который потратил годы на любовь, которую можно назвать безответной. Жаль человека, который получал ласку дозированно. Но… – Я кусаю нижнюю губу, подбирая слова. – Прости, но я правда рада, что ты через все это прошел. Потому что эта одержимость Леной сделала тебя тем, кем ты есть: зрелым мужчиной, который по-настоящему ценит отношения и ласку, умеет любить и счастлив быть любимым.

Ты просто готовый идеал мужа, который не нужно подстраивать под себя, перекраивать и уживаться с ним. Тебе не нужно много для счастья, и это одна из твоих лучших черт. Я люблю тебя. Так сильно, что в груди все дрожит, когда думаю о том, насколько мощное чувство я к тебе испытываю.

Я замолкаю и жду. Знаю, что сейчас он обдумывает каждое сказанное мной слово. Анализирует их, взвешивает и делает выводы. Надеюсь, они будут правильными, и он услышит именно то, что я хотела сказать.

– Я скажу вот что, – наконец отвечает он. – Если так посмотреть, то даже я рад, что она была в моей жизни. А еще рад, что тебе изменил жених.

Я слышу в голосе Ромы улыбку. Негодяй такой. Настоящий адвокат, все обернул себе на пользу.

– Детка?

– М?

– Я люблю тебя.

– И я тебя, мой хороший.

Как только эти слова срываются с моих губ, я чувствую толчок внизу живота, и замираю.

– Тами, все хорошо? – встревоженным голосом спрашивает Рома, когда моя хватка на его пальцах усиливается.

– Ром?

– Что, детка?

– Только что наш ребенок пошевелился, – с улыбкой и слезами на глазах отвечаю я.

Опускаю руку и кладу ладонь на живот.

– Можно мне попробовать?

– Марина сказала, что в самом начале он не часто пинается. Не знаю, будет ли еще раз.

– Ладно, – выдыхает Рома. – Завтра не сниму руку с твоего живота, пока не почувствую толчок.

– Ты так говоришь, как будто я против.

– Ну что, маленькая, готова стать Вавиловой?

– Я ею уже, можно сказать, стала. Тогда еще на островах.

Рома довольно хмыкает.

– А подруге своей скажи, чтобы хоть в день нашей свадьбы не стонала в кладовке.

Я хихикаю.

– Бесстыжая.

– Не то слово, – подтверждает Рома. – Эта дрянь как будто издевается, знает же, что мы два дня не виделись, и я наверняка изголодался по тебе. Представляю себе, как буду пускать на тебя слюни, когда увижу.

– Ром?

– М?

– Смотри как прикольно смотрится красный маникюр под белыми чулками.

Я немного вытягиваю ногу, чтобы он увидел ее от колена вниз.