Нелюбимая

– Одиннадцать годков разницы.

– Внушительно, – кивая, отвечает Тами.

Макар смеется.

– Мне нравится, Ром. Точно берем.

– Да, берем, – отвечаю я, засматриваясь на Тамилу.

ГЛАВА 18

Тамила

Я смотрю на то, как он спит. Такой красивый, аж дух захватывает. Мужественный, немного хмурый и достаточно непреклонный. Но при небольшом количестве ласки и внимания Рома становится совсем другим. Преображается. И все равно от него веет силой и безопасностью. Я точно знаю, что бы ни случилось, за ним я буду как за каменной стеной.

– Если ты будешь продолжать глазеть на меня, я опрокину тебя на кровать и трахну, – бубнит Рома сонным голосом, а я хихикаю.

– Как ты узнал, что я глазею?

– У меня сейчас кожа воспламенится.

Я снова тихонько смеюсь и поправляю его торчащие волосы над ухом. Рома перехватывает мою руку и таки заваливает меня на матрас, тут же накрывая своим телом.

– Я еще не почистил зубы, иначе зацеловал бы сейчас твои улыбающиеся губы.

– Ты почистил их на ночь.

– Это не считается.

– Ром, что ты делаешь?

Я чувствую, как его рука забирается под длинную футболку и скользит по моей обнаженной коже.

– Воплощаю в жизнь свою угрозу. Ты почему одета?

– Ходила воды попить.

– Могла бы сходить голая.

Я ахаю, когда он довольно грубо раздвигает коленом мои ноги и вклинивается между ними, упираясь стояком в чувствительное место.

– Голой мне некомфортно.

– Зато мне было бы приятно посмотреть.

– Ты все равно спал, – пытаюсь возразить я.

Он так крепко прижимается ко мне и так медленно трется, что мои глаза невольно закатываются от удовольствия, а между ног начинает гореть от желания, и все слова разом вылетают из головы. Я вцепляюсь в плечи Ромы, слегка царапая их ногтями. Из моего рта вырывается тихий стон, когда Рома прикусывает сосок через ткань футболки, а потом добирается горячими ладонями до моей груди и сжимает ее, заставляя ерзать в поисках большего количества удовольствия.

"– Лежи смирно, – хрипит он, подняв голову. Его взгляд – как наверняка и мой – заволокло туманом похоти всего за несколько секунд. Они потемнели и теперь больше похожи на глубокие озера, в которых не видно дна.

Я пытаюсь быть послушной и не двигаться, но это практически невозможно выполнить, когда клитор наливается и пульсирует, а тело жаждет разрядки.