Это просто мое…
— Ян, и чем же ты лучше меня? — шепнул на ухо, обжигая языком раковину. Я вздрогнула и ошеломленно открыла глаза. — Разве можно целоваться с другим, когда есть новый мужик, м? Или с бывшим мужем не считается? Так почему ты со мной тогда развелась?! С бывшими ведь не считается? — сжал плечи и сдавил на грани боли. — Почему же?
— Потому что не чувствовала себя любимой… — шепотом и честно.
— Я любил тебя.
— Да, но… Но не так, как я любила тебя.
— А что чувствуешь сейчас?
— Не знаю… Сложно понять… Определиться…
Он горько усмехнулся.
— Да, такое бывает."
"Мирослав отступил, отвернулся и только через пару минут открыл двери. Мгновение безумства и близость развеялась, осталось одиночество вдвоем. Между нами мог бы случиться интим, было бы крышесносно, в этот раз точно, слишком яркой была вспышка вожделения. Я хотела его, а он, сколько бы не сверкал холодом глаз, желал меня. Мы оба это чувствовали. Но мы не были больше близки, как пара. Я не хотела быть любовницей бывшего мужа.
А он никогда не будет чьим-то «мальчиком по вызову». Мы родные, но недоступные друг другу.
Когда я ощутила, что муж начал отдаляться, я предпочла спрятать голову в песок, закрыть глаза, смело доверилась ему, своему мужу. Считала, что узы брака удержат его от затмения и влечения к Лике. Нет, это не так. Почему-то не подумала, что должна была кричать: ты творишь дичь и причиняешь мне огромную боль! Ведь кто, если не близкие, должны указывать нам на ошибки?
Сейчас сам Мирослав на себе ощутил, что его неосознанно, но пытались увлечь в отношения без ясной перспективы.
Я не знала и не понимала, чего хочу, а он точно не собирался быть третьем и ждать, чтобы его выбрали или указали на дверь. Да, в чем-то ситуация получилась зеркальной. Только Нагорный точно знал, когда его границы хотели нарушить: их можно нарушать только с его согласия.
— Мам, пить хочу, — услышала заспанный голос сына.
— Кофта… — Мирослав взглядом указал на мою грудь.
Я спохватилась и поправила полы уютной штучки их черного бархата с кружевом и вечным желанием съехать, открывая декольте совсем уж неприлично. Я же вздремнуть собиралась и не планировала, что меня будут страстно обнимать!
— Привет, Ромчик! — Мир пошел навстречу нашему сыну.
— Папа, привет! — Рома был счастлив. Я слышала это в каждом звуке детского голоса. Они достаточно много проводили времени вместе, но сын все равно скучал по отцу.
