Ненавижу тебя, сводный брат!

Сейчас все мои мысли — за дверью реанимации, где моя мама и мой маленький новорожденный братик сражаются за жизнь.

Приезжает и полиция. Нас коротко опрашивают. Узнав, что я была с мамой совсем незадолго до происшествия, говорят, что я должна проехать с ними… Фарид помогает, отбивает меня у них.

— Посмотрите на девочку! Что сейчас сможете от нее узнать? Имейте совесть. Я сам привезу ее. Как только… Короче, оставьте нас.

Он сильно переживает. Сейчас роднее у меня никого нет, и я позволяю ему обнять себя. Мне необходимо сильное плечо.

Безумно больно, что Арса нет рядом, но если бы приехал… посмел бы обнять меня перед отцом? Взвалить на него еще и эту ношу?

Почему это случилось, как произошло? Пока я не знаю подробности, да и вникать нет сил, все ускользает из сознания. Маму сбила машина. Ее подруга, с которой они были вместе, направлялись в ресторан, тоже пострадала. Но отделалась ушибами и сотрясением. Она тоже долго была с нами в коридоре, пока муж не забрал силой.

— Мне очень жаль, примите соболезнования.

Мы смогли спасти только ребенка.

Тихо сползаю по стене, Фарид успевает подхватить меня. Захлебываюсь рыданиями, у меня начинается истерика.

— Вы можете увидеть сына. Идемте…

Все больше темных пятен, провалов в сознании. Мы оказываемся в другом отделении. В специальных боксах лежат несколько малышей. Мы смотрим на них через стекло.

Медсестра выносит сверток, глаза малыша закрыты. Вижу, как дрожат руки Фарида, когда он берет сына.

— Мальчик. Дамир. Мы долго спорили об имени, — произносит хрипло.

 — Она хотела назвать Александром, в честь своего отца. Но я настаивал, чтобы выбрать более восточное имя. Тогда она сказала, что пусть это имя будет хотя-бы красивым… Решила, что Дамир.

Начинает плакать, я инстинктивно обнимаю его крепко. Смотрю на братика и не понимаю своих чувств.

Это был не несчастный случай, а преднамеренный наезд. Такие показания дала подруга Нелли и другие свидетели. Открыли уголовное дело. Но есть ли шанс, что найдут виновного. Дни слились в одно черное пятно.

Единственная отдушина — я ухаживала за ребенком. Бросила учебу, Фарид позвонил и договорился, сказал, что все уладил.

Этот малыш — Дамир, все, что у меня осталось. Я перестала ждать Арслана. Отключила телефон. Фарид бросил мимоходом, что его сын срочно вылетел в Лондон. Но, конечно, явится на похороны.

Сбылось то, о чем мечтал Арслан — моей матери нет больше. Как же больно!

Еще страшнее понимать, что он мог участвовать в этом покушении.