На улице по-прежнему размеренно стучал молоток.
— Бред какой-то, — возмущенно выдохнул Эберли, — забирай свое барахло и катись из моего города, паршивка!
— Нет.
Его настрой изменился. Достопочтенный Глава солнечного Сандер-Вилла откинулся на спинку кресла и, скривив губы в жестокой ухмылке, легко перешел к угрозам:
— Не-е-т? Забыла, чем это может для тебя закончиться, ничтожество?
Есть вещи, которые нельзя говорить королеве.
Я все-таки переоценила свое терпение. И прежде, чем успела оценить последствия, подалась навстречу.
Поймала полный ненависти взгляд и одним махом пробилась внутрь, грубо вычерпывая нужные сведения.
Глава 11"
"Как я и думала, это он отдал Лилию Карлу. Заплатил, чтобы тот увез ее далеко и заморил до смерти. Задумка была проста. Карл не знал о моем наследстве, поэтому не смог бы заявить на него права, и по прошествию двух лет земля бы отошла городу, как безхозная. И там бы уж Эберли беспрепятственно наложил на нее свою жадную лапу. И сынка его Лилия не травила. Он был заодно с отцом, и во время своего «лечения» прекрасно проводил время в столичных кабаках.
В этот момент на улице все затихло. Размеренный удары молотка, до этого гулко разносившиеся над площадью, оборвались.
Я отпустила главу Сандер-Вилла и снова пригасила свою сущность, загоняя ее настолько глубоко, насколько это было возможно.
Импульсивный поступок. Глупый. Зря.
Эберли покачнулся и, ухватившись побелевшими пальцами за край стола, уставился сквозь меня осоловевшим взглядом.
Я же отклонилась чуть назад и сквозь занавески посмотрела на улицу.
Светлый больше не работал. Его взгляд был устремлен на наши окна.
Чуть поодаль Охотник. Тоже смотрел в нашу сторону и принюхивался, будто пытаясь взять след.
Из соседних переулков показались еще двое Светлых. Гораздо слабее, чем тот, что в центре, но и они насторожились, уловив колебания.
Почуяли, стервятники.
Я оскалилась и еще сильнее натянула на себя щит.
Лишние эмоции – непростительная роскошь для сбежавшей королевы.
Я забыла об этом.
Тем временем глава города очнулся. Тряхнул головой, пытаясь справиться с туманом в голове и собрать мысли воедино, вдохнул сипло и через силу.
— О чем это я? — в голосе недоумение.
— О том, что вы рады моему возвращению в город. И желаете мне счастливого пути до моей усадьбы.
— Твоя усадьба? — осклабился он, окончательно придя в себя, — Думаешь она все это время ждала тебя? Да ты будешь умолять, чтобы я купил ее у тебя за гроши.
