Фантазия у нее классная! И, походу, про тебя что-то наговорила, а бог секса услышал... Я видела, как он орал на нее. А потом приказал, чтобы та заявление написала, ибо если выгонит ее он, тогда она хрен где устроится на работу. А ещё сказал, — подруга закатывает глаза. — Что он дал ей шанс... И пока у него хорошее настроение, она должна немедленно исчезнуть. Ты бы видела лицо Лизы... — качает головой. Улыбка до ушей. — Такая покраснела вся, умоляла... «Ой, я так больше не сделаю. Ой, больше не повторится...». Мне прямо ржать в голос хотелось.
Клянусь, еле себя сдержала.
И пока Леся так эмоционально все рассказывает, я ловлю себя на мысли, что мне ни чуть не смешно. Никаких сплетний про меня до появления Амирова не было, а сейчас резко началось, потому что даже издалека видны искры между нами.
— И ты прибежала ко мне, чтобы все это рассказать? Лесь, я не понимаю, что тут смешного.
— Ну да. Тебе разве не интересно? Надеюсь, теперь этот мерзавец действительно будет ценить тебя и не даст в обиду. Никому! Защитит перед всеми.
— Он опаздал для этого на целых пять с половиной лет, Олеся. Тебе так не кажется?
Подруга выдыхает. Кивает и сразу опускает глаза на пол.
— Понимаю, Маш. Судьба такая... Вам пришлось пройти через какие-то испытания. Но теперь-то он понял свою ошибку и я уверена, что он больше так не накосячит. Никогда не станет в тебе сомневаться.
— И ты туда же, — ворчу недовольно.
Кручу в руке карандаш. Почему-то болит голова. Хочется скорее поехать домой, лечь и выспаться.
— А кто ещё помимо меня так считает? Ник?
— Бабушка.
— Как я обожаю эту женщину. Такая умная, добрая...
— Леся, прекрати.
— Маш, ты ведь тоже именно так считаешь, как и мы. Что всё-таки он заслуживает второй шанс... Но упираешься до последнего. Время идёт, родная. Потом будешь жалеть, что пораньше его не простила.
— Не буду я жалеть, — отбиваюсь терпеливо. — И второй шанс он получил от меня как раз тогда, когда его жена на горизонте появилась... Но и его благополучно продолбал. Всё. На этом всё, Леся.
Я не собираюсь обсуждать Виктора. Работы полно.
— Не злись. Я же как лучше хочу, — грустно произносит. — А дети что говорят? Саша до сих пор не разговаривает с ним?
— Нет, а Дашка наоборот — отпускать его не хочет. И каждый раз спрашивает, не уедет ли он снова. Леся, мне так больно, когда она задаёт этот вопрос.
— Ну зато в этот раз ты с уверенностью можешь заявить, что нет. Не уедет он никогда, Маш. Это даже тупой поймет. Он трясется над тобой так... — выдыхает.
