Затем стою к нему спиной, обхватив себя руками, и впервые с тех пор, как вышла из возраста, когда была толстым маленьким ребенком, над которым издевались на детской площадке, пытаюсь сдержать слезы.
Я ненавижу его за это. Никто не заставляет меня плакать.
Когда слышу, как закрывается дверь, я выдыхаю и склоняю голову, закрывая глаза и проклиная себя за проявленную слабость.
— Просто не похоже, что в твоем теле есть хоть одна уязвимая косточка, девочка.
Голос теплый, мягкий и раздается прямо у меня за спиной. Этот ублюдок подкрался ко мне, пока я с таким самозабвением упивалась жалостью к себе.
— Уходи.
— Но разве пару минут назад ты не хотела обратного?
— Пару минут назад я не испытывала к тебе жгучей ненависти.
— Нет? Мне жаль людей, которых ты до глубины души ненавидишь, если это то, на что похоже отсутствие ненависти к ним.
Я издаю стон и несколько раз ударяюсь лбом о стекло.
Деклан оттаскивает меня от окна и тихо говорит:
— Прекрати. Ты расшибешь себе голову.
— По твоей милости это уже произошло.
— Я же сказал тебе, что это не я тебя приложил.
— Прекрати болтать. Из-за тебя у меня еще больше болит голова.
Деклан сначала обхватывает мои предплечья, но затем скользит вверх по моим плечам. Он стоит тихо позади меня, как будто что-то обдумывает.
— Если ты собираешься меня задушить, просто покончи с этим.
— Эта мысль приходила мне в голову.
Я бы посоветовала тебе убираться к черту, но это было бы не страшно, учитывая, что это твой родной город.
После долгого молчания, в котором мы оба находимся, Деклан говорит:
— Ты притихла, и мне неловко.
Что происходит в твоей голове?"
"— Мысленно хороню тебя. — Я удивляюсь, когда Деклан начинает смеяться. Он смеется и хохочет, как будто ему давно так не было весело. Я смотрю на него через плечо. — У тебя биполярное расстройство. Так ведь? Это первопричина всего твоего загадочного поведения. Биполярное расстройство.
— Нет.
— Очень жаль. Если бы ты сказал «да», я была бы добрее к тебе.
— Почему это?
— Потому что проблемы с психическим здоровьем - это не выбор.
С другой стороны, ты намеренно ведешь себя как мудак.
Его улыбка такая яркая, что почти ослепляет.
— Ты пробуждаешь во мне все лучшее, девочка.
— О, иди и прыгни с моста.
С этими словами я снова отворачиваюсь к окну.
Мы стоим так некоторое время, любуясь видом Бостона далеко внизу. Уже далеко за полдень, и понятия не имею, как долго здесь пробыла. Один? Два дня? Или десять тысяч часов, что явно ближе к истине.
