Она, наверное, прямо сейчас сходит с ума. Натали очень эмоциональна, ты же знаешь. Она у нас чувствительная.
Слоан замолкает, прикусывая губу и хмурясь.
— Ей повезло, что у нее есть такая подруга, как ты. Ты очень преданная.
Слоан выглядит так, будто я только что сообщил ей, что продал ее в цирк.
— Прости, во всем, должно быть, виноват мой больной мозг, но мне показалось, я только что слышала от тебя нечто приятное в свой адрес.
Теперь уже я не могу сдержать улыбку.
— Всему виной определенно твой больной мозг.
— Так и думала.
Я встаю и снимаю пиджак. Перебрасываю его через спинку стула, затем снова сажусь и беру журнал «Сплетни о знаменитостях» с маленького прикроватного столика. Устраиваюсь в кресле поудобнее и начинаю читать.
— Гм. Что ты делаешь?
Я не поднимаю глаз от журнала, когда отвечаю.
— А на что это похоже?
— Сижу. Читаю. Остаюсь тут.
Я сухо говорю:
— Твоя наблюдательность просто поражает.
Воцаряется тишина, но я знаю, что эта пауза будет короткой. И я прав.
— Деклан?
— Да, девочка?
— Разве у тебя нет важных гангстерских дел, которыми ты должен заниматься? Убивать своих врагов и все такое прочее? Шнырять по темным переулкам?
— Да, девочка.
Я переворачиваю страницу.
— Итак...
— Если кто-то и убьет тебя, то это буду я. Я не доверяю этому идиоту доктору-школяру.
— Ты о нейрохирурге?
— Ага. Похоже, ему выдали лицензию в коробке из-под крекера.
Слоан начинает смеяться. Звук ее смеха мягкий и удивительно приятный. Еще более удивительно то, насколько мне нравится слышать ее смех.
— Ты уверен, что тебе всего сорок два? Коробки из-под крекера явно из эпохи моего батюшки.
Я опускаю журнал и смотрю на нее.
— Ты вспомнила, сколько мне лет, по тому, что я тебе сказал."
"— Я помню все, что ты говорил.
Когда приподнимаю брови, ее бледные щеки заливает румянец.
— О, заткнись.
— Только после тебя.
Слоан раздраженно вздыхает и переворачивается на бок, повернувшись ко мне спиной. Я возвращаюсь к журналу.
После пятиминутной паузы, во время которой я почти слышу ее внутреннюю борьбу, Слоан переворачивается на другой бок и произносит:
— Это очень странно.
Тебе ведь это известно, да?
Я отвечаю, не отрываясь от журнала, потому что знаю, что это ее раздражает.
— В какой части?
— Во всех. Все это! Я, ты, похищение, автомобильные погони, гематомы, неминуемая смерть, алло?
— Наверное, тебе лучше не слишком волноваться, девочка. Мы же не хотим, чтобы у тебя еще раз лопнули сосуды головного мозга.
