— Коваль, ты реально думаешь, что после всего, что ты сделал, Гаврилова с тобой будет?
Догадка всплывает неожиданно, но, судя по лицу Антона, я попадаю в яблочко. Придурок. На что он надеялся после всего дерьма, что натворил мелкой?
— Не тебе решать за неё, — кривится и бросает сигарету, а я на пару секунд залипаю, как окурок шипит в остатках снега, — скажи, вместе вы или нет? А дальше я сам решу, что делать.
Противная змея в черепушке тихим шепотом просит сказать, что мы встречаемся. Чтобы Коваль отвалил от Лизы, чтобы даже не думал подходить и касаться её своими противными лапами.
Эгоистично присвоить себе, чтобы знать, что никто её не тронет.
Но здравый смысл орёт на ухо, что Гаврилова хоть и мелкая, но девочка взрослая, и сама вправе решать, хочет она быть с Антоном или нет. Если захочет, вряд ли мы с ней ещё хоть когда-нибудь даже поздороваемся, но лишать её права выбора я не могу. Мы дружим и трахаемся, пока оба одинокие. Она может прекратить все в любой момент так же, как и я.
Поэтому, скрепя сердце и сжав кулаки, качаю головой.
— Нет, мы не встречаемся.
Мерзкая улыбка Антона не сулит ничего хорошего, и я уже жалею, что не соврал. Сказал бы, что встречаемся, что свадьба послезавтра и планируем троих детей, и дело с концом. Лиза, конечно, яйца бы мне потом за это открутила, но…
— Докажи, — прилетает от Коваля. Я почти готов забить на карьеру и отмудохать его.
— А не пойти бы тебе в жопу, Ковалёв? — рычу и психую. За всю жизнь не мог подумать, что мой друг на самом деле такое дерьмо.
Хорошо, что наши пути разошлись. Теперь точно никогда жалеть не буду.
— Просто поцелуй первую, кто сейчас войдёт во двор, — Тоха пожимает плечами, — хоть старого себя вспомнишь, раз на самом деле не встречаетесь. Или ты все? На пенсию?
Он выводит специально, каждой клеточкой чувствую, но изо всех сил стараюсь не реагировать. Вырабатываю силу воли ради самого себя. Не пошлю я в жопу отказ от вредных привычек и усиленные тренировки ради одной драки с тем, кому это как раз и нужно. Нет. Ни за что.
Докажи, говорит. Идиот. Я похож на того, кто будет кому-то что-то доказывать?
Хмыкаю, качаю головой, и набираю полную грудь воздуха, чтобы послать Антона таким благим матом, которого он в жизни ещё не слышал, но…
… вижу Гаврилову. Идёт, смешная, мелкая, в кучу одежды закутанная, в валенках своих, или что она носит, чтобы не падать, фиг её пойми.
— Хер с тобой. Докажу, — говорю быстро, замечая мелочь на подходе. Антон стоит спиной, не видит, кто там первый идет.
