Савельев спускается вниз и уезжает, а Лиска хватает меня под руку и уводит от остальной толпы в сторону дома, замечая, что я почему-то выпала из реальности.
— Напиши ему спасибо, — говорит подруга спустя пару минут.
— Да… Напишу и правда.
Я напишу.
Глава 9. Кексы
Лиза
Набираю сообщение уже пятый раз и пятый раз стираю: думаю, что все это зря. Хотя… Это всего лишь благодарность за помощь на крыльце, когда у Антона крышу снесло. Но это же Савельев. Он наверняка как-нибудь тупо отшутится или вообще пальцем у виска покрутит, что я полезла со своим «спасибо».
А ещё зазнается. Хотя куда сильнее-то?
Ладно.
В чем смысл молчания? Я давно решила, что напишу. Подходить в универе и говорить «спасибо» лично я точно не готова, а вот на короткую смс-ку храбрости наверное наберусь.
И когда я вообще стала такая… Такая! Я же Гаврилова, я все могу и ничего не боюсь, кроме лютых морозов.
Открываю переписку, не обращая внимание на бешеный стук сердца. Что происходит… Почему я так реагирую?
Да потому что это Савельев.
От него чего угодно ожидать можно, и я уже перестала понимать, когда он помогает мне и ведёт себя адекватно, а когда возвращает свою надменность и усмешки. Бесит.
Отправляю сообщение и быстро закрываю диалог, хватаю планшет и открываю эскиз татуировки: заказчику обещала выполнить до конца недели. Но телефон вдруг щёлкает, и я перевожу дух, прежде чем открыть мессенджер.
Лиза: Спасибо за помощь.
Савельев: Я бы убил его, если бы он доломал твою руку.
Это почти моя ответственность, дело чести её долечить.
Ты смотри какой… Дело чести у него. А кто сразу после моего падения говорил, что его вины тут нет? Я не придумала это себе, я после тех слов ещё больше ненавидеть его стала. Сам на лёд вытащил, сам же открестился от проблемы.
Правда лекарства оплатил…
Лиза: Лучше бы твоим делом чести было не вести себя по-идиотски).
Савельев: Много хочешь, дамочка)
Лиза: Действительно, что-то я разошлась. Ладно.
Тогда просто спасибо.
Савельев: Не обижай больше взрослых мальчиков, если не хочешь испытывать их гнев на себе.
Интересно… Это он о себе или о ситуации с Антоном? Не знаю. Звучит как-то глупо. Да и это «взрослых мальчиков» тоже. Антона взрослым я точно назвать не могу. Как минимум не психологически.
Лиза: Пока моя рука болит, кажется, у меня есть защитник, так что можно пообижать немного:)
Лиза. Мать. Твою. Гаврилова.
Что я творю? Нет, серьезно.
