Она напрягается, я сжимаю ее крепко за талию и резко отстраняю от себя. Она ахает от неожиданности, смотрит на меня. - Я за нее любому башку откручу. Ты уверена, что хочешь продолжать этот разговор? Ты попутала что-то, девочка? - это я уже кричу. Швыряю ее на кровать. - Писять и спать, девственница, бл**ь, - рявкаю. - И чтобы на глаза мне не попадалась. Лучше никогда, но хотя бы несколько дней. Как можно быть настолько неблагородной, у меня в голове не укладывается.
Разворачиваюсь и ухожу из комнаты, хлопнув дверью.
Слышу, как громко Люся начинает рыдать, заикаясь и захлебываясь воздухом. Мне самому паршиво до не возможности. «Один» жив, все еще жив один из мудаков, который бил Юльку, чей папаша устроил нам гребаный ад, поэтому и наше прошлое живое, дышащее, преследующее. Не отстает. Не дает покоя. Разжигает мгновенно ненависть. Как смириться? Как отпустить от себя? Больше восьми лет прошло, а конца нет этому. Попытаешься забыть — так напомнят.
Юлька, ну почему ты уехала? У меня ж крыша едет, когда тебя нет рядом, мою злость гасить нужно.
Ты одна умеешь меня гасить.
Люсина истерика не то чтобы изменила что-то резко, но все же вывела из равновесия. В назначенный день я встречаю Юлю в шесть утра на вокзале и вместо того, чтобы везти домой, останавливаю машину на стоянке железнодорожного вокзала, глушу двигатель. Поворачиваюсь к ней.
- Что такое? - спрашивает Юля, оглядываясь по сторонам. Она разматывает шарф и снимает шапку, выглядит сонной и немного уставшей. А у меня такое чувство, что будто не моя.
За последние полгода мы сильно отдалились друг от друга, сами того не заметив. Общаемся вроде бы как раньше, но что-то не так. Юля, ты серьезно не замечаешь? - Почему стоим? Кого ждем? - она пытается шутить.
- Надо поговорить.
- Прямо сейчас? Давай дома. Я приму душ, ужасно после поезда хочется помыться, выпью кофе. В соседнем купе мужчина так храпел, что…
- Юля, не зли меня сейчас, мне мало надо.
Она замолкает на полуслове, напрягается. Голос становится жестче:
- Ваня, что такое? - ощетинилась.
- Скажи мне честно, Юль. Глядя в глаза. Почему у нас нет детей?
Может, это моя бурная фантазия, а может, и правда… но Юля бледнеет и на мгновение поджимает губы. Затем берет себя в руки:
- Время значит, еще не пришло.
- Мы не предохраняемся с июля.
- До двух лет норма… - лепечет.
- Просто скажи мне честно, в чем дело. Давай я схожу сдам какие-нибудь анализы, если нужно. Почему ты молчишь на эту тему? Мы договорились, что ты займешься этим вопросом.
