И… я не знаю, сможете ли вы вынести заключение, но Роминский — точно сможет. Я видела его взгляд на суде. И так страшно мне еще не было. Я боюсь, что, когда он выйдет на свободу, ему тоже будет нечего терять, - сказала совершенно серьезным тоном. - Возьмите эти деньги, погасите свои долги, начните жизнь заново. Пусть у вас будут планы, перспективы, пусть вам и вашему парню будет что терять! Позвольте мне помочь и… прекратить войну между нашими семьями. Потому что… если мой муж вас угробит, этот парень однажды станет свободным и в долгу не останется.
Судья скостила Ванин срок максимально возможно, он получил семь лет с возможностью УДО, против требуемых прокурором двенадцати. В нашем городе колония славилась особо жестокими условиями, поэтому, подключив все имеющиеся связи - а вы помните, я писала про одну ученицу, чьего папу видела в погонах однажды - Ваню определили в другой город за полтысячи километров.
Что мы в итоге чувствовали? Наверное, опустошение и эмоциональное банкротство. Устали, примирились и… даже вздохнули с облегчением, что все закончилось.
Вернее, закончился важный этап в наших жизнях. А за ним ведь последует еще один, а там еще и еще. И так - пока мы живы и готовы бороться. Иногда противники сильнее, в другой раз сильнее окажемся мы. Но что бы ни случилось, цитируя одного известного героя популярных русских фильмов, всегда и при любых обстоятельствах сила в правде. И сильнее тот, на чьей она стороне.
А вообще, разве оно удовольствие - жить под покровом подлости и лжи?
Я выгодно продала яблочную технику, полученную от Василия в качестве компенсации за моральный ущерб.
Даже айпад с разбитым экраном оторвали с руками и ногами с сорокапроцентной скидкой. Я не хотела брать его деньги, меня тошнит от них, но… поймите и меня тоже. Мне двадцать четыре, я оборвала связи с родителями, которые выставляют в соцсетях красивущие яркие фотки из Азии: на слонах катались вчера, масса эмоций и впечатлений. Ненавижу слонов. Видеть их не могу."
"Так вот, у меня никакой недвижимости, практически нет денег — в последнее время я работала продавцом в продуктовом магазинчике, так как из моей школы меня выперли, а в другую и соваться даже с погашенной судимостью бессмысленно.
Денег нет, друзей нет, имущества нет. Я продала технику и, попрощавшись с Ваниными родителями, села на поезд, отправляющийся в большой город. Тот, что за полтысячи километров, куда он и звал меня переехать. Огромный город-миллионник, никогда в таких не была раньше.
