Неподобающая Мара Дайер

Кажется, послышалось шарканье ног, прежде чем Джейми заговорил:

— Э-э, думаю, тебе машет брат. Или машет, или пытается помочь самолету приземлиться в целости и сохранности.

Я обернулась. Даниэль и вправду делал дикие жесты в мою сторону.

— Наверное, я должна…

— Да. Э-э, хочешь поболтаться со мной после школы на этой неделе?

— Конечно, — ответила я. — Позвонишь?

Я пятилась в сторону Даниэля до тех пор, пока Джейми не кивнул, потом повернулась и помахала через плечо.

Когда я подошла к Даниэлю, у него был недовольный вид.

— У тебя большие неприятности, юная леди, — сказал Даниэль, двинувшись к машине.

— Я слышал о твоем выступлении на испанском.

Да откуда он мог услышать? Дерьмо.

— Хм, да. Ты понятия не имеешь, во что только что вляпалась, — сказал Даниэль, когда мы сели в машину. — Моралес не без причины поносят везде и всюду. Софи потчует меня ужастиками после того, как обрушила на меня новости о тебе.

Я сделала заметку на память: попилить Софи за то, что она такая доносчица. Внутренне я слегка поежилась, но, когда заговорила, голос мой звучал спокойно:

— Я не уверена, что это может сильно осложнить дело.

— Она заставляла меня стоять перед всем классом, забрасывая вопросами на испанском по темам, которые мы еще не проходили, и смеялась, когда я отвечала неправильно…

Я замолчала. Почему-то, когда я излагала свои доводы вслух, они казались не такими убедительными. Даниэль искоса посмотрел на меня.

— Она подло смеялась, — добавила я.

— И швырнула в меня мелом.

Раздражаясь все больше, я кинула на него быстрый взгляд.

— Спросил ученик, на которого никогда не кричал учитель.

Даниэль промолчал; он вел машину, смотря перед собой отсутствующим взглядом.

— Это было очень жестоко. Наверное, тебе стоило увидеть это своими глазами.

Я больше не хотела думать о Моралес.

— Наверное, — сказал он и странно на меня посмотрел. — Что с тобой?

— Ничего, — пробормотала я.

— Врушка, врушка, печеная ватрушка.

— Это перестало быть забавным с тех пор, как нам минуло пять лет.

— Послушай, не беспокойся так насчет Моралес. По крайней мере, тебе не надо в нынешнем семестре подавать заявления в семь соперничающих интернатур.

— Они все тебя примут, — тихо сказала я.

— Неправда. Я халтурил в независимых исследованиях, и мисс Допико так и не написала мне рекомендации… И, возможно, я переоценил груз своих продвинутых занятий и не знаю, как справлюсь с экзаменами. Может, и не примут никуда.