Неподобающая Мара Дайер

Когда ломтики выскочили, я медленно прожевала их, прокручивая в уме события прошлого вечера. Я не замечала Джозефа до тех пор, пока тот не помахал рукой у меня перед лицом.

Белая капля упала с треугольного носика пакета с молоком. Слова Джозефа звучали приглушенно, вторгнувшись в мои мысли. Мне захотелось выключить звук.

Я подпрыгнула, потом отмахнулась от его руки.

— Оставь меня в покое.

Я услышала, как на кухне роется кто-то еще, и быстро повернула голову. Даниэль вытащил из буфета гранолу и откусил от батончика.

Я наклонилась над столом и положила пульсирующую голову на руки. Уже несколько недель голова у меня не болела так сильно.

— Ной заедет за тобой? Срок его отстранения от занятий должен закончиться сегодня, верно?

— Не знаю. Наверное.

Даниэль посмотрел на свои часы.

— Ну, он опаздывает. Значит, я тебя отвезу. Значит, тебе нужно одеться. Немедленно.

Я открыла рот, чтобы сообщить Даниэлю, что до начала занятий еще несколько часов и спросить, почему он встал так рано, но заметила время на экранчике микроволновки.

Даниэль посмотрел на меня краешком глаза.

— Пошли, — сказал он мягко. — Мне нельзя опаздывать.

Когда мы прибыли к школе, я не увидела на парковке машины Ноя. Может, он решил взять лишний свободный день. Уйдя в свои мысли, я побрела к кампусу.

На уроке английского Ной не появился, и, гуляя в перерывах между уроками, я тоже не видела его. Ему полагалось бы быть здесь. Я хотела выяснить, где живет Джейми, и, хотя эти двое ненавидели друг друга, кроме Ноя, я никого больше не знала достаточно хорошо, чтобы задать этот вопрос.

На перемене я добралась до административного офиса, чтобы записаться на прием к доктору Кану, а когда настал роковой час, вошла в кабинет, вооружившись здравым смыслом. Я приведу доводы в пользу оценки, которую заслужила.

Кабинет директора походил скорее на рабочий кабинет утонченного джентльмена девятнадцатого столетия: от стен, обшитых панелями из темного дерева, до множества переплетенных в кожу книг и бюста Паллады, водруженного над дверью.

Доктор Кан сидел за своим столом из красного дерева, зеленоватого оттенка свет рабочей лампы озарял его сверхъестественно гладкое лицо.