Неподобающая Мара Дайер

Помню, мне было двенадцать или тринадцать, и у всех моих друзей уже были подружки. А я отправлялся спать, чувствуя себя неудачником, желая однажды вырасти и просто вписаться в среду.

— Да. Вписался. Стал сексуальным. Как бы то ни было, я это сделал.

— Проснулся однажды утром, пошел в школу — и девочки заметили меня. Вообще-то это порядком нервировало.

Его искренность застала меня врасплох. Я попыталась не показать виду, что это так.

— Бедный Ной, — сказала я со вздохом.

Ной самодовольно усмехнулся и уставился вперед.

— В конце концов я разобрался, как управиться с этим, но только когда мы сюда переехали. К несчастью.

— Я уверена, что ты прекрасно с этим разобрался.

Он повернулся ко мне и выгнул бровь.

— Здешние девчонки скучны.

Его высокомерие вернулось.

— Мы, американцы, такие неотесанные, — сказала я.

— Не американцы. Просто девчонки здесь, в Кройдене.

Я заметила, что мы уже вернулись на парковку. И припарковались. Когда это произошло?

— Во всяком случае, большинство из них, — закончил Ной.

— Но ты, похоже, справляешься.

— Я и вправду справлялся, но на этой неделе дела пошли особенно хорошо.

Просто ужас. Я медленно покачала головой, даже не потрудившись скрыть улыбку.

— Ты не похожа на других девчонок.

А Джейми говорит, что Ной вкрадчивый.

— Серьезно, — ответил он, пропустив мимо ушей мой сарказм.

Или проигнорировав его.

Ной сделал последнюю затяжку, выпустил дым из ноздрей и выкинул в окно остаток раковой палочки.

У меня отвисла челюсть.

— Ты только что намусорил?

— Я вожу «гибрид».

— Ты просто ужасный человек, — без убеждения сказала я.

— Знаю, — бодро ответил Ной.

Он озорно улыбнулся, протянул руку над моими коленями, чтобы открыть дверцу, и, перегнувшись через меня, мимолетно коснулся моей руки. Потом приоткрыл дверцу, но не отодвинулся. Его лицо было всего в нескольких дюймах от моего, и я видела золотистый отблеск на его вечной щетине. От него пахло сандаловым деревом и океаном, но дымом — лишь слегка. У меня перехватило дыхание.

Когда зазвонил мой мобильник, я подпрыгнула так, что ударилась головой о крышу машины Ноя.

— Подожди, — начал Ной.

Сердце мое неслось галопом, и только отчасти от удивления. Губы Ноя были всего в нескольких дюймах от моего лица, телефон протестовал в моей руке, и я влипла.

Собрав в кулак всю свою силу воли, я выбралась из машины и нерешительно помахала Ною, захлопывая дверцу.

Потом я ответила на звонок.

— Мара! Где ты? — раздался отчаянный голос матери.