Непокорная для шейха (СИ)

Их благословил Аллах, и я чувствую, то же самое произошло и со мной.

— Любовь иногда не дар Аллаха, Висам, а проклятие шайтана. Ты не можешь равнять чужеземку со своей матерью. И пусть я еще не видел твою гостью, я уже понимаю, какие беды ее присутствие нам сулит. И международный скандал — не самая большая из них. Ты увез свободную женщину, к тому же занимающую особое положение в обществе. Бизнес-партнера нашей семьи! Дае если бы ты заручился ее согласием и готовностью, все было бы не так просто. Но ты заставляешь нас с матерью закрыть глаза и участвовать в твоем преступлении!

— Отец, она полюбит меня.

Полюбит так сильно, что не пожелает возвращаться туда, где ей день изо дня приходится быть сильной и заниматься тем, чем должны заниматься мужчины. Дай мне совсем немного времени, и увидишь, она примет ислам, полюбит также тебя и мать, и наш союз будет счастливым и долгим. Мы подарим тебе внуков. Все, чего я прошу — это помочь мне сейчас, пока Аблькисс отрицает все произошедшее и не желает слышать зов собственного сердца. Она уже успела полюбить меня. Ей осталось только признаться в этом себе и забыть свою прошлую жизнь.

Султан разглядел среди песков добычу. Сложил белоснежные крылья и камнем пошел вниз. Так же точно сделало сладкий, почти болезненный рывок мое сердце, а имя Киры, вернее, Аблькисс, как я уже давно звал ее, осело сладостью на губах. Сердце давно билось ритмом ее дыхания и глубиной ее глаз, наполняя меня никогда прежде не познанным счастьем. Как мне хотелось тотчас же сорваться к ней, заключить в объятия, стереть поцелуями протест и тоску, чтобы никогда более не захотела она мне прекословить и возвращаться домой!

— Висам, оставим моральную сторону твоего вопиющего проступка.

Ты едва ли понимаешь, чем обернется твое существование с подобной женой. Русские девушки ревнивы и своенравны. Эмиру такая спутница не под стать. Тебе придется взять как минимум еще одну жену, и о мире в гареме можешь забыть. Твоя мать была воспитана в нашей культуре, поэтому я счастлив с нею и с другими женами.

Я смотрел, как сокол исчез среди барханов, где явно терзал сою добычу вдали от наших глаз. Возмущение закипело в крови, и я все же не сдержался.

— Тебе виднее, конечно. Но почему Юлия так и не вернулась домой, ты никогда не думал? Почему она предпочитает сносить неприязнь матери и твое равнодушие, но всегда с чистыми намерениями входит гостьей в наш дом и поныне? Даже утратив твою любовь, она не пожелала возвращаться.