— Какие это кровные узы связывают тебя с сэром Джозефом?
Джулиана сразу забыла про папу римского. Сцепив руки за спиной, она виновато сказала:
— Как, разве ты не знал? Он — мой дядя.
— Нет, не знал, — передразнил ее Раймонд. — Почему ты мне сама об этом не сказала?
— Ну… о таком родстве не принято говорить вслух. — Она смущенно рассмеялась. — Он — сын моего деда от простой крестьянки.
— Так он бастард?
— Конечно. Иначе он унаследовал бы эти земли.
Раймонд внимательно смотрел на нее.
— Так-так. Сэр Джозеф — твой дядя… Это значит, что он не мог рассчитывать на тебе жениться.
— Конечно, этого еще не хватало! — возмущенно вскричала она.
— Однако после смерти твоего отца сэр Джозеф фактически стал здесь хозяином.
Она передернулась от отвращения.
— Не говори так. Мне страшно оо этом вспоминать. Но когда король известил меня, что намерен сделать меня женой… — Она запнулась.
— Ну говори же.
— Одного своего придворного…
— Очень тактично сказано, — одобрил Раймонд.
— Сэр Джозеф поддержал меня, когда я решила противиться королевской воле.
— Твой старший рыцарь был готов пойти против короля? И ты поверила, что он действует в твоих интересах?
— Но я же не знала…
— Понятно. В общем, твоему дяде есть за что ответить.
— Он очень стыдится своего рождения, хотя на самом деле ничего постыдного здесь нет. Сто лет назад Англию завоевал Вильгельм, который тоже был бастардом.
— Знаю, — буркнул Раймонд. — Он тоже приходится мне кузеном.
Джулиана открыла было рот, но промолчала.
Она так и не поняла, серьезно говорит Раймонд или шутит: Раймонд смотрел на нее с улыбкой. Потом приподнял так, что их лица оказались на одном уровне. Джулиана стала брыкаться, но не слишком сильно, чтобы не сделать ему больно.
— Нам предстоит много поработать, чтобы обзавестись законным наследником. Достаточно ли ответственно относитесь вы к этой задаче, миледи?
— Опусти меня, — с достоинством приказала она, и Раймонд повиновался, но взамен так стиснул ее в объятиях, что Джулиана тут же смягчилась.
Он погладил ее по шее и предложил:
— Пойдем в кровать.
— Среди бела дня?
— Наконец-то рассмотрю тебя как следует.
— У меня много дел.
— Дела подождут.
— А зодчий?
— Какой еще зодчий?
— Настоящий, — пояснила она. — Ты только послушай.
Раймонд прислушался. Издалека доносились пронзительные вопли Папиоля, кричавшего что-то по-французски.
— Ну что еще нужно этому полоумному? — устало вздохнул Раймонд.
— Не знаю. Придется выяснить.
