Непокорный трофей

– Я спрашиваю, кто?!

- Я! – ответила вместо служанки Этхельда, распахнув дверь и буквально ввалившись в зал.

У Торема от такой заявки на щеках заходили желваки. Он впился в ведьму полным злости взглядом, бросив служанке скупое «Уйди!». Этого оказалось достаточно. Девушка испарилась мгновенно, словно ее и не было в зале. Оставив наедине двух хищников, готовых броситься друг на друга в любой момент.

Когда Торем считал, что нет женщины лучше, чем Хэльда. Она была одновременно и бесстрашна, и покорна. Она была хорошей помощницей и прекрасной любовницей.

Она никогда не говорила, что будет принадлежать только ему. Никогда не скрывала, что пойдет только за сильным.

Это была совершенно другая женщина. Что-то сильно изменилось в ней. И Торем впервые задумался над тем, что тьма, к корой так часто она обращается, поглотила ее разум. Хельда стала его разочарованием.

- И ты не собираешься оправдываться?! – спросил Торем, глядя, как она спокойно приблизилась к столу и налила себе вино в кубок, тут же отпив.

Она казалась спокойной, равнодушной, даже немного веселой, но кому как не Хравнсону знать, что все это только мнимое спокойствие. На деле… она была зла.

- Нет! Нет, Торем, мне не за что оправдываться! – тут же сорвалась Снежная ведьма. – Эта девка сделала из будущего короля – тряпку. Ты перестал быть тем, кого я уважала. Тем, за кем готова была идти по снежной пустыне Аларна.

- Замолчи! – рявкнул Торем, понимая, что ведьма просто пытается задеть его за живое.

- Почему? – по-птичьи склонив голову к плечу, поинтересовалась Этхельда. – Может, потому, что ты тоже об этом думаешь? Может, потому, что чувствуешь свою слабость…

- Ты путаешь слабость и предусмотрительность, Хельда, - крикнул Торем, осознав, наконец, насколько жадная до денег, власти и крови та, с кем он делил постель. – Если ты считаешь, что король хорош только тогда, когда вокруг него льются реки крови – то тебе лучше отправиться в столицу.

Глаза Хельды сузились.

- Ты прогоняешь меня, Торем сын Хравна? – прошипела ведьма прежде, чем Торем успел вставить хоть слово.

И ее слова, морозным инеем поползли по стенам, сковывая все вокруг холодом, льдом. С губ Торема сорвалось сизое облачко пара.

- Я должен был тебя казнить или, по крайней мере – наказать. Такова цена твоего поступка.