Непоседа

Видимо, желая быть ближе к природе, султан пренебрег расписными тканями, роскошными украшениями и драгоценными металлами — он был одет в простой белый халат из паутины горных пауков-птицеедов: невесомо легкий, прочный, как кольчуга, и дорогой, как груженный специями караван; на голову султан возложил тюрбан с неограненными алмазами и сапфирами. У ног его мирно лежал белый тигр (говорят, что приручить белого тигра удается раз в сто лет и на это требуется не меньше сотни тигров и тысячи укротителей) и боевой барашек редчайшей пустынной породы (барашки эти подчиняются только детям с рыжими волосами, да и тем порой норовят впиться в шею, отчего юным укротителям приходится носить длинные крепкие шарфы).

В общем, увидев, как прост и близок к природе стал добрый Абнувас, Трикс не пал духом только потому, что падать уже было некуда.

— Предатели схвачены и доставлены на суд султана! — торжественно объявил Гриз, приближаясь к трону. Абнувас поднял руку и погрозил ему пальцем:

— Не спеши, мой новый визирь.

Пусть твое рвение не заставляет тебя делать поспешных выводов… К тому же… если они схвачены, то почему с оружием и верхом?

— Согласно воле султана, — поклонился Гриз, — мы по возможности старались избежать кровопролития.

Султан кивнул и посмотрел на Трикса:

— Трикс Солье, подойди ближе. Только вначале спешься… и оставь свою метлу на земле.

Трикс не стал спорить. Он спрыгнул с верблюда, едва не отбив при этом ноги, взглядом остановил Тиану, порывавшуюся тоже спешиться, и приблизился к султану.

Аннет сидела у него за пазухой, благоразумно решив не показываться.

— Присядь, — добродушно сказал султан, указывая на траву перед троном. — Присядь, мой юный друг. Ах, в какое дурацкое, сложное положение ты меня поставил!

— Я? — поразился Трикс.

— Ну конечно! — Абнувас потер переносицу. — Позволь объяснить тебе все как можно проще. Есть на свете люди, которым нравится властвовать. Не одеваться в шелк и парчу, не есть изысканную пищу, не жить во дворце, а знать, что они и есть власть.

Казнить, миловать, повелевать… Я не такой. О, я был очень рад тому, что я сын султана и живу в комфорте, не зная бед и лишений. Мне приятно делать людям добро, а еще приятнее гулять в садах и кормить белок орешками. А вот власть сама по себе — она меня никогда не привлекала. И когда мой бедный визирь решил править за меня, оставив мне полагающиеся султану почести и блага, я был очень, очень рад.