Непоседа

 — Но я бедный комедиант, директор странствующей труппы, который должен заботиться о своих актерах и которому звон золота заглушил вопли разума! Ты должен был меня отговорить! Но ты же сам заявил, что должен отчитаться перед Абнувасом!

Трикс вздохнул. Это была правда — он хотел рассказать султану, что угроза миновала, что войны не будет… и, если получится, заступиться за Аблухая и Сутара. А еще ему хотелось увидеть драконов и поблагодарить Мумрика за покровительство и науку в школе ассасинов. Да и с купцом Васабом следовало бы попрощаться.

Но самое главное… самое главное было в том, что Триксу было неловко перед Дэриком. Почему-то Трикс был уверен, что если они снова встретятся, то обязательно помирятся — и коварный Сатор Гриз устыдится своего былого вероломства, а Трикс сумеет выпросить для них прощения у Маркеля — и тогда все закончится очень-очень хорошо, как в сказке…

— Извини, — сказал Трикс Майхелю. — Я виноват.

И посмотрел на Сатора Гриза, который ехал впереди процессии — в пышном облачении Великого Визиря.

Ну кто же мог подумать, что, упрятав в темницу прежнего визиря и шута, султан настолько приблизит к себе беглого со-герцога и его сына?

Дэрик ехал позади отца. Он тоже был в самаршанских одеждах, которые ему на удивление шли, и непрерывно оглядывался на Трикса. Взгляд Дэрика ничего хорошего не предвещал. Конечно, юноша помнил, что обратно в Дахриан его отправила Тиана, но, будучи высокородным по происхождению, обижаться на девочку он никак не мог — это было дурным тоном.

Поэтому Дэрик предпочитал обижаться на Трикса.

— Вы-то ни в чем не виноваты, — попытался утешить Майхеля Трикс. — Вы честно выполняли свое поручение. Это мы с Тианой убежали от султана, когда тот решил пойти на сделку с Алхазабом…

Майхель только вздохнул, Шараж печально улыбнулся, зато неутомимо шагающий витамант рассмеялся и сказал:

— Глупец! Настоящий правитель не может себе позволить наказывать только невиновных. А судя по тому, что я слышал об Абнувасе, его доброте и любви ко всему живому, — при этом слове Гавар поморщился, — он должен был стать настоящим правителем.

— Почему это «не может себе позволить»? — возмутилась Тиана. — Правитель должен быть суров, но справедлив. Зачем ему наказывать невиновных? Это вызовет бурление народа!

— Бурление… — презрительно сказал Гавар. — Если правитель будет наказывать только виновных, то часть из них, самые хитрые и умные, от наказания неизбежно ускользнут.