Я предполагал, что ты в Лондоне, в деревне, я даже представлял, что ты, возможно, вернулась в Америку. Однако я не мог приехать, чтобы разыскать тебя.
– Почему же? – спросила Вирджиния.
– Как могла ты так поступить со мной? – не мог успокоиться герцог. – Я воображал, что ты одинока и напугана. Я думал, что к тебе пристают мужчины. Я думал, что у тебя недостаточно денег. О, я не в состоянии описать тебе страхи, которые терзали меня! Почему ты покинула меня?
– Почему ты здесь? – охладила его Вирджиния.
– Я здесь, чтобы повидать свою жену, – ответил герцог, отступая к окну.
– Я должен увидеть ее. Я должен был увидеть ее прежде, чем приниматься за поиски тебя. Уходи! Не отвлекай меня. Я не могу разговаривать с тобой и не испытывать желания заключить тебя в объятия. Я хочу прикасаться к тебе, целовать тебя. Можешь ты представить, какую муку я испытываю, глядя на тебя вот так?
Глаза Вирджинии сияли, и на мгновение показалось, что она должна протянуть руки к герцогу. Затем она отвернулась.
– Кажется, я не понимаю, – прошептала она.
– Ты никогда не поймешь, как я страдал, когда, проснувшись, обнаружил, что ты ушла, – сказал герцог, обращаясь как бы к самому себе. – Я впал в неистовство, был в отчаянии! Я бросился в замок, но мне сказали, что ты уехала. Я чуть не сошел с ума.
– Я… должна была… уехать, – пробормотала Вирджиния.
– Почему ты должна была оставить меня? – потребовал он ответа. – Разве я разочаровал тебя? Не могу в это поверить.
– Ты знаешь, что это… не так.
Наверное, ни один мужчина не испытал такого счастья, а затем и мук ада. Если бы ты ненавидела меня, Вирджиния, ты не могла бы причинить мне большей боли и душевных мук, чем те, которые я пережил в эти две недели. Можешь ты представить, что значит пересечь Атлантику, думая, что я оставляю тебя позади? Думая, что, возможно, ты ожидаешь меня где-то в Англии и удивляешься, почему я не нашел тебя?
– И однако, ты приехал сюда, – тихо возразила Вирджиния.
– Как я сказал тебе, я приехал повидать свою жену, – сказал герцог.
Разговаривая с ней, он нервно ломал пальцы. – Почему тебе надо искушать меня? – спросил он. – Я пытаюсь вести себя честно, пытаюсь делать то, что следует. Но когда ты смотришь на меня вот так, я забываю все, кроме того, что ты здесь. Я помню только, что когда-то ты говорила, что любишь меня, и отдалась мне.
Вирджиния подняла на него глаза. Казалось, будто мир замер в молчании. Герцог не прикоснулся к ней.
