Неповторимый

Земли, которые являлись нашими испокон веков, и должны оставаться таковыми до тех пор, пока трава не перестанет расти, пока ветер не перестанет носиться и завывать над равнинами, пока небо не перестанет быть голубым. Чейены мирно жили на берегу реки Уошито. Женщины занимались своими повседневными делами, мужчины чистили охотничьи ружья. На смену лету приходила зима. Дети играли, младенцы плакали в своих люльках. А затем зазвучали горны белых. Их лошади поскакали по снегу. Много лошадей. Они ворвались в деревню, начали стрелять, избивать всех подряд дубинками, поджигать вигвамы.

Они стреляли не разбирая в воинов, стариков, детей, женщин, младенцев. Дочь Быстрой Лани убили и даже не посмотрели, что у той на руках был младенец, а другого она носила под сердцем. Озера крови разливались на снегу. Если мы дикари, то кто такие белые? Быстрая Лань едва сама не погибла. В живых остались немногие. Так что, понимаешь, дочка, все мы разные, и я рад, что твои глаза умеют видеть.

– Спасибо, – пробормотала Скайлар.

Пожилая женщина, закончив обрабатывать ее раны, подняла голову. Затем встала и на секунду вышла из вигвама, а когда вернулась, присела рядом с гостьей и протянула ей изумительной красоты платье, которое только что вышивала. Что-то заговорила. Скайлар внимательно прислушивалась к ее мягко звучащей речи, хоть и не понимала ни слова. Дед Ястреба перевел:

– Быстрая Лань говорит, ты должна взять платье.

– О! Оно очень красиво. Но я не могу принять его…

– Ты должна принять подарок.

Вы привезли нам лошадей и скот. Это означает, что мы не будем голодать. Прими это платье и другие подарки, которые женщины сделали для тебя.

Она услышала негромкий смех. У входа в вигвам собралось несколько женщин, украдкой наблюдавших за гостьей, только сейчас поняла Скайлар. Миловидная девочка, которая все то время, пока Скайлар ела, занимала малышей, рассмеялась. Она потянула Скайлар за руку и вывела из вигвама.

Индианки тут же окружили ее, тонкие руки тянулись со всех сторон, осторожно касались, поворачивали.

Их было так много, и каждая норовила дотронуться до волос, платья. Скайлар чувствовала, как в душе ее поднимается паника. Она слышала об изощренных пытках, которым подвергали пленных женщины племени сиу.

Но эти женщины смеялись и вовсе не пытались причинить ей боль. Возможно, кто-то из жителей деревни и презирал ее. Но только не те, что собрались здесь. Эти были всего лишь любопытны.