Неправильная помощница

Обстоятельства сложились так, что девушке пришлось следовать моей прихоти, и приехала она в чем, собственно, и есть. Выдай одежду, надеюсь, размер найдется, зубную щетку, комнату отдельную, и чтобы там был стол, за которым удобно сидеть.

— Все сказал? — поднимает бровь Мирослава Борисовна, ну или просто мамуля, как она усиленно просит себя называть. — Не думаешь, что стоит сначала поздороваться?

— А обнять мать. Ты мог, между прочим, иногда звонить, или новости о тебе мне нужно узнавать из сети?

Мне дико некомфортно, но мама очень любит показательные представления, чтобы все видели, какая у нас счастливая семья.

Думаю, что мы всегда были счастливее многих, без отклонений. И все бы ничего, не занимайся каждый своими делами. Отец — заводом в Усть-Горске, что тут в нескольких сотнях километров, мать — тренировками очередного чемпиона по фигурному катанию, брат все время искал себя, а сестра попытками всем нравиться. У каждого было свое личное пространство, в которое другим просто не было доступа. Наверное, это реалии всех влиятельных семей. Стая, где каждый живет своей жизнью. Мы никогда не играли в настольные игры, никогда не ездили вместе на море, никогда не ходили в походы. И, когда мать пытается демонстрировать, что мы нормальные, я начинаю раздражаться. Тем более, когда это происходит при Маше.

— Ну хватит, — вылезаю из крепких объятий. — Займись Марией, пойду Данилу найду.

— Он всегда был самым отстраненным.

— Да поняла я, — уводит она Машу, взгляд которой я чувствую на затылке.

Потом спрошу, что она обо всем этом подумала. Например, почему я, из вполне себе полной счастливой семьи, до сих пор не изъявил желание заиметь свою. Племянников у меня хватает, нянчиться есть с кем, а заводить еще одну семью, где все живут по отдельности, не вижу просто смысла. Я точно не буду из тех отцов, которые гоняют мяч с сыном во дворе. Да и вряд ли когда-нибудь позволю разукрасить свое лицо на потеху дочери.

Брата нахожу на втором этаже, подглядывающим, как пацан, скорее всего за собственной невестой.

Усмехаюсь, достаю телефон и снимаю этот компромат. Тут же отправляю ему. Он, почти не глядя, берет свой звякнувший телефон, смотрит на экран и резко поднимается. Но не успевает, получает поджопник. Тут же подлетает, встает в стойку. Пожалуй, Данил единственный человек, с которым мне не нужны границы. Может потому, что мы близнецы, а может потому, что он единственный никогда ничего от меня не требовал.