Непристойные отношения

 — Илья… ребята, может, не стоит?

— Да, Илья, — поддакивает Дэн, делая «страшные» глаза. — Может, ну́ его?

— Газуй, — отдаю команду и утыкаюсь в мутное лобовое полным решимости взглядом.

Да, может, затея дрянь, но не спущу же я этот беспредел на тормозах? Идти с таким с полицию реально стремно, а еще… я просто хочу сам убедиться, что те двое из ларца реально существуют.

Нет, я верю ей! Верю! Но… не совсем. Зерно сомнений Дэн посеял во мне знатное.

Когда я позвонил ему вчера и сказал, что скоро намечается сходка как в старые добрые, он тут же принялся меня отговаривать, убеждая, что это какая-то лажа.

Действительно — почему именно сейчас? Как они на нее вышли?

Дело ясное, что дело темное. И разобраться с этим должен я сам. Получить по морде я не боюсь, я боюсь другого — разочароваться в девочке, которой имел глупость поверить.

Припарковав колымагу возле старого парка, ждем вымогателей уже пятнадцать минут. Денис многозначительно косится на свои золотые Паркер, намекая, что время вышло, а воз и ныне там.

Да я и сам вижу, не слепой. И это напрягает. Версия с придуманными «одноглазым» и «рябым» становится все убедительнее, и от того тошно.

— Ты уверена, что ровно в девять? — оборачиваюсь на Ю.

— Уверена! Вот смс, — показывает экран телефона.

А тем временем уже 21:15…

— Не видать что-то никого, — резонно замечает Дэн, нервно отбивая большим пальцем чечетку по обшивке руля. — Может, ты день перепутала?

— Ничего я не перепутала! Сегодня, в девять!

— Ну а я откуда знаю! — в голосе отчаяние.

— Однако же нет никого, милая. Я, конечно, не думаю, что ты врунишка…

— Денис, полегче, — пресекаю ворчуна, и тот супится. — Может, задержались. Пробки.

— Ну да, ну да. Пробки, как же.

— Это вы на что сейчас намекаете, Денис Сергеевич? Что я все выдумала? — между нашими креслами появляется хорошенькая мордашка Ю. Хорошенькая и обиженная. — Я, между прочим, никого не просила со мной ехать.

— Знаете что, езжайте, я сама с ними поговорю, — горделиво вздернув подбородок тянется к дверной ручке, но я коброй подаюсь назад, перехватив ее предплечье.

— Ну что ты в самом деле. Мы тебе верим. Я — верю!

— А вот Денис Сергеевич — нет, — глаза заполняются слезами. — Я же вижу!

— Детский сад, — гнусаво цедит под нос Дэн и отворачивается к окну. И тут же его расслабленно растекшееся по креслу тело подбирается.