Нерядом

Где-то глубоко в мыслях крутится фраза Вити, что я ни в чем не виновата, что он не имел права бросать весь этот груз на мои плечи и прочее, но… С этой виной и болью я жила гораздо дольше, чем со словами Виктора, и именно поэтому первое, к сожалению, побеждает.

Мне снова больно и страшно, я снова одинокая девушка, пережившая острую боль. Я снова та самая кукла, которую прямо сейчас со всей силы бросают на пол и все разбивается заново.

Мне хочется кричать, но хватает меня только на то, чтобы отпрыгнуть от букета подальше.

Есть ощущение, что он – как бомба. Разорвется сейчас и убьет меня сразу же, чтобы я не мучилась больше. Не хочу его касаться даже для того, чтобы просто выкинуть, я… Я боюсь. Мне очень страшно.

В кармане пиликает телефон, и я достаю его, закрывая глаза сразу же, как только вижу уведомление на экране. По щекам льются слезы.

У меня нет его номера, он каждый раз пишет с разных, но я прекрасно знаю, когда пишет или звонит именно он.

На экране вопрос, получила ли я цветы, и я не знаю, откуда беру смелость, но нажимаю на звонок и подношу телефон к уху.

Жуткие гудки простреливают мозг, чувствую, как сильно дрожат мои руки. Держаться… Главное – держаться.

– Алло, – звучит ужасный, холодный, абсолютно чужой голос по ту стороны телефона. – Неужели, вау! Я дождался, ты сама звонишь мне, милая? Неужели букет смог растопить твое сердце?

– Просто ответь на вопрос, – спрашиваю я дрожащим голосом.

Глаза крепко зажмурены, свободная рука сжата в кулак до боли. – Зачем?

– Зачем ты меня добиваешь? Преследуешь? Зачем все это? Столько лет прошло, оставь меня в покое, живи своей жизнью!

– Понимаешь, милая моя, в чем вся проблема, – говорит он, и я слышу усмешку. Меня тошнит. – Проблема в том, что мою жизнь ты украла, когда мы попали в аварию по твоей вине. У меня была невеста, ребенок, и я был здоров. А теперь у меня ничего этого нет, и забрала все это ты.

А раз ты забрала, то тебе и возвращать. Подумаешь, поссорились. Ты бросила меня, пока я был в инвалидной коляске! Это твоя громкая любовь, да? – срывается он на крик. – Так ты любила? Бросила в самую трудную минуту, как собаку! Я…

– Я ни в чем не виновата! – кричу в трубку, срываясь в истерику. Из глаз слезы, я падаю на колени и впервые за все время кричу эту фразу, убеждая не только его, но и себя.