Сыпался ледяной снег, дул резкий ветер, в Москве окончательно установилась зима.
– А где Ефим? – спросила я, заметив отсутствие старика.
– Воскресенье, – кратко сообщил Кеша.
– Ну и что?
– Поехал на ипподром.
– Скачки? В такую погоду?
Аркадий пожал плечами.
– Так он сказал, еще вчера, часов в пять.
– А ты поверил?
Кешка отодвинул почти полную тарелку и потянулся.
– Многие знания – многие печали. Слава богу, Ефим не маленький, не хочет говорить, куда пошел, и не надо.
После трапезы Миша с Галей отправились в кабинет.
Манюня, не доев сладкое, рванулась за ними. Мне показалось странным подобное поведение, и я двинулась за девочкой.
Дверь в кабинет была приоткрыта, и звонкий Марусин голосок катился по коридору:
– Дорогая Галочка, Миша очень стеснительный, интеллигентный человек, вот и попросил меня сказать, что любит вас и просит вашей руки. Правда, Мишенька?
– Ну в общем и целом, конечно, вроде бы так, – начал заикаться огорошенный профессор.
– Ой, – ответила гостья.
– Что я говорила?! – воскликнула Манюня. – Миша, Галя сообщает о согласии. Правда, Галочка?
– Ой, – снова прозвучало из кабинета.
– Прекрасно, – воодушевилась Маня, – теперь подайте друг другу руки и поцелуйтесь.
– Ну как же, – забормотал Миша.
– Может, не надо? – робко осведомилась Галя.
– Еще чего, – обозлилась Маруська, – нечего церемонию нарушать. Так положено. Сначала страстное объяснение в любви, потом предложение руки и сердца, следом горячий поцелуй и вручение кольца.
– Какого кольца? – изумились «молодые».
– При помолвке жених дарит невесте кольцо, обязательно с камнем. Вот.
Я решила вмешаться и вошла в тот момент, когда Миша довольно неловко обнял Галю за плечи и запечатлел на ее щеке поцелуй. На столе лежала коробочка.
– Мусик, – завопила Маня, – тащи быстренько фотоаппарат и зови немедленно всех.
– Зачем?
– Ой, мамуля, – махнула рукой Маруська и, высунувшись в коридор, завопила как ненормальная: – Зая, Кешка, Серафима Ивановна, Ира, Катя, все сюда, скорей, скорей…
Послышались возбужденные голоса и топот.
Первым в кабинет влетел с огнетушителем Кеша.
– Горим?
– Нет, – гордо заявила Маня, – сейчас вы все станете свидетелями исторического момента.
– Какого? – робко спросила Ирка, пряча в карман пыльную тряпку.
– Миша обручается с Галей.
Домашние замерли с открытыми ртами, впрочем, жених с невестой тоже. Нерастерявшаяся Зайка тут же притащила кинокамеру.
