– Восточный Договор действует только для супругов, – покачала я головой. – Без официального брака мы не получим защиты.
– А если это ловушка? – Лорен начала мерить шагами комнату. – Что если все это – часть какого-то плана?
– Все возможно, – признала я. – Но у нас мало времени для размышлений. Лавенийские гонцы могут прибыть уже завтра. И тогда…
– Тогда нас отправят обратно в Лавению, где ждет суд и, возможно, казнь, – тихо закончила Амели.
– Именно, – кивнула я. – У нас нет выбора. Но я могу составить брачное соглашение, которое защитит наши интересы.
– Брачное соглашение? – удивилась Лорен.
– Договор между супругами, определяющий их права и обязанности, – пояснила я. – В Лавении такие соглашения не в чести, но в Сольтерре, насколько я знаю, они признаны законом."
"– И ты думаешь, лейр Хэмонд согласится на такое? – спросила Амели.
– Если он действительно честен в своих намерениях, то да, – ответила я, направляясь к двери. – А теперь мне нужно составить этот документ. Надеюсь, я ничего не упущу.
Я вернулась в кабинет, зажгла дополнительные свечи, и разложила на столе чистые листы пергамента. Обмакнув перо в чернильницу, я на мгновение замерла, подбирая правильные слова для того, что должно было стать не просто документом, но защитой для моей семьи.
Я начала с традиционного вступления: «Настоящее соглашение заключается между лейром Хэмондом Вайлишем и лейной Элизабет Андерсон…», но затем перешла к конкретным пунктам, каждый из которых тщательно обдумывала, вспоминая все юридические тонкости, которые когда-то изучала под руководством отца.
Первый раздел касался имущества – мое поместье и земли должны оставаться в собственности моих дочерей, даже если брак будет расторгнут. Второй – финансовых обязательств: лейр Хэмонд обязался выделять определенную сумму на восстановление маслодавильни, но взамен получал долю от будущей прибыли. Третий раздел детально описывал права моих дочерей: они могли оставаться в поместье столько, сколько пожелают, даже после замужества; их приданое должно было формироваться из доходов нашего общего хозяйства; а в случае моей смерти они становились единственными наследницами моей доли в совместном имуществе…
Каждое слово, каждый пункт я обдумывала тщательно, стараясь предусмотреть все возможные ситуации и защитить интересы своих дочерей.
Мое приданое, права на поместье, условия проживания, финансовые обязательства – все должно было быть четко определено, не оставляя места для двусмысленных толкований или лазеек.
