Неукротимая красавица

После того как им удалось наконец уложить разыгравшихся детей спать, Катриона и Френсис еще долго сидели в своей спальне перед горящим камином и некоторое время просто молчали. С отсутствующим выражением лица он гладил ее чудесные волосы цвета темного меда, потом наконец заговорил:

– Леннокс сообщил, что Мейтленд пытается внушить Джеймсу, чтобы установил цену за мою голову. Канцлер проводит рождественские праздники в Холируде с их величествами. Вот же мразь! Высоко метит этот господин Мейтленд. Я должен завтра отправиться в Эдинбург и уладить этот вопрос раз и навсегда.

– Постарайся, Френсис, чтобы при вашей встрече присутствовала и королева. Он не осмелится при ней даже намекнуть на истинную причину своей немилости к нам. Королева молода и мягкосердечна. Думаю, она вступится за нас, потому что симпатизирует и тебе, и мне. Если бы только заполучить подпись короля на моем прошении о разводе! По словам дяди Чарлза, в Эдинбурге сейчас находится представитель кардинала, который мог бы завершить все это дело.

Ботвелл ухмыльнулся.

– Ты уверена, что вы, Лесли, не приходитесь родней Медичи? Комбинаторы из вас превосходные!

Его руки пустились в путешествие по ее телу, и она издала сладострастный вздох.

– Но ты вернешься к Новому году?

Его губы продолжили дорожку по спине, поднялись к затылку.

– Пока не знаю, Кэт, но если не успею, подарки для детей в моем гардеробе, а твой… – он замолчал, потом продолжил: – Нет, не буду говорить, – хочу вручить его сам. – Он повернул ее лицом к себе, нежно поцеловал и прошептал: – Давай-ка пойдем в постель, дорогая.

Спустив тонкие бретельки с плеч, Кэт позволила ночной рубашке соскользнуть на пол.

– Ты уезжаешь надолго, Ботвелл?

Она скользнула в пуховую постель, он тоже, сбросив халат, улегся рядом и притянул ее к себе.

– Не могу сказать с уверенностью…

Голос его был хриплым от нараставшего желания соединиться с ней. У нее на глазах выступили слезы, но он своими поцелуями осушил их. Тела их слились и задвигались в едином ритме, она опять расплакалась в его объятиях.

– Что ты делаешь со мной, Френсис? Почему мое тело так жаждет тебя?

– Тебе удается и кричать, и рыдать одновременно? Я думаю, все дело в том, что мы любим друг друга.