Неукротимая красавица

Джейми едва смог поверить, что молодой гнедой жеребец, который появился этим утром во дворе замка, принадлежит теперь ему.

– Это жеребенок от Валентайна, – с улыбкой сказал граф. – Я назвал его Купидоном.

Малышке Бесс достался чудесный плащ бордового цвета, отороченный мягким светло-серым заячьим мехом, с золотой пряжкой, усыпанной рубинами. Колин Лесли, как начинающий придворный, стал обладателем золотого герба клана, который следовало носить вместе с пледом цветов клана. Грифон на гербе поблескивал сапфировыми глазами.

Роберт Лесли получил в подарок щенка терьера, отпрыска любимой суки Ботвелла по кличке Скай.

Дети не ожидали столь щедрых подарков и очень обрадовались. Бесс тут же облачилась в новый плащ, Колин приколол эмблему клана себе на плечо, Роберт прижал к груди щенка, и все побежали во двор посмотреть, как Джейми объезжает жеребца. Ботвелл и Катриона из окна наблюдали за детьми, а потом он увлек ее в глубь комнаты и молча протянул плоскую коробочку. Катриона тут же ее открыла и увидела на подложке из белого атласа тяжелую золотую цепь с подвеской в виде льва, стоявшего на задних лапах, перевитого королевской лентой, усыпанной бриллиантами.

Изумруды заменяли льву глаза, в гриве тоже сверкали бриллианты.

– Надеюсь, ты не станешь возражать, если этот зверь теперь будет с тобой?

– Для меня огромная честь носить символ твоего рода, – ответила Катриона и, вынув украшение из коробочки, подала ему. – Застегнешь?

Оглядев себя в высоком зеркале, она подошла к столу, взяла остававшуюся там коробочку и протянула Френсису.

Когда он открыл ее и увидел массивный перстень-печатку с круглым изумрудом, на котором была выгравирована его печать, Кэт пояснила:

– Изумруд – символ верности и постоянства. Но это еще не все, милорд.

Пошарив в висевшей у нее на поясе сумочке, она извлекла простое золотое колечко и протянула ему, но Френсис почему-то рассмеялся. Поймав ее удивленный взгляд, он достал кошелек и вынул оттуда почти такое же кольцо.

– Черт возьми, Ботвелл! – со слезами на глазах воскликнула Кэт.

 – Я так хотела выйти за тебя замуж! Проклятый Джеймс Стюарт! Я так его ненавижу!

– Бедная моя любовь! – заключив ее в объятия, прошептал Френсис. – Тебе куда труднее, чем мне. Мне так жаль, что у нас ничего не вышло. Если бы Джеймс не был таким скрягой и коридор освещался лучше, этот чертов паж не издал бы ни звука.

Катриона рассмеялась. Думать, что в их несчастьях повинно скряжничество короля, было забавно.