Неуловимая невеста

И тут он почувствовал в ней то, для чего не сразу нашел имя.

Она словно очарована. Не только его телом, но и ощущением их слияния. Ощущением его плоти, погрузившейся так глубоко в ее лоно.

Он нежно поцеловал ее и стал двигаться, выходя и входя снова и снова. И ее возбуждение, ее завороженность все росли.

Эмили отдавалась восторгу их соития, вне себя от радости, от счастья, что она наконец здесь, с ним, и все это куда лучше, чем ей представлялось, чем описывали сестры.

Задыхаясь от счастья, она подстегивала его.

Двигалась в ритме с ним. Делала все, чтобы понять, что ему нравится, пользовалась всяческой возможностью, чтобы разделить с Гаретом невыразимое наслаждение, которое он ей дарил… И ответить тем же.

Потому что любить — значит разделять, она знала это с абсолютной точностью. И пользовалась своим телом, словно инструментом, чтобы подарить ему это наслаждение. Как он пользовался своим телом, чтобы подарить наслаждение ей.

Их губы оставались сплавленными воедино, но стоило ему поднять голову, и она упивалась прерывистыми звуками их дыхания, нетерпением, охватившим Гарета.

Охватившим ее.

А потом они снова ныряли в поцелуй, в пламя, в возрастающий неописуемый жар. И хотя для Эмили это было впервые, она принимала Гарета со всем пылом… пока кровь не закипела, пока кожа не запылала, пока он не застонал, не вонзился в нее жестко и глубоко…

Взрыв ощущений сотряс ее. Разнес в мельчайшие осколки наслаждения, такого острого, что они сверкали, летя по каждому нерву, каждой вене.

Пока она не взлетела, свободная от земного притяжения, захваченная безумным экстазом.

Гарет смаковал ее разрядку. Не больше двух мгновений. Стиснув зубы. Отчаянно сдерживаясь. Но ощутив мелкие конвульсии лона, сжимавшего его плоть, дал себе волю. И стал изливаться в нее короткими, быстрыми толчками, последовав за ней в царство блаженства.

Эмили решила, что нет другого слова для описания ее ощущений. Лежа в разворошенной постели, под тяжестью Гарета, она смотрела в потолок и улыбалась.

В сердце царил необычайный покой, какого до сих пор она не знала.

Так вот что это такое — отзвуки прошедшей бури. Ее сестры никогда не могли найти для этого подходящих слов и твердили, что она сама поймет, когда окажется на их месте.

Он обмяк, но нашел в себе силы отодвинуться, чтобы не вдавить ее в матрас. Не то чтобы она возражала… ей нравилось ощущение его массивного тела.

Возможно, потому, что это она довела его до такого состояния.