Я прилетел, чтобы получить престижную награду VFW за американизм - ежегодную награду для тех, кто демонстрирует приверженность служению, патриотизму, улучшению американского общества и помощи коллегам-ветеранам. Самым известным лауреатом был один из моих героев. Сенатор Джон Маккейн пережил пять с половиной лет в качестве военнопленного во время войны во Вьетнаме. Я всегда восхищался его мужеством, которое он проявлял тогда, и на протяжении всей своей публичной жизни он продолжал устанавливать стандарты того, как, по моему мнению, мужчины должны справляться с трудными временами.
Теперь мое имя будет стоять рядом с его именем.
Мне предстояла величайшая честь в моей жизни. Я должен был быть горд, как черт, а не растерян, как черт. Больше часа я сидел в зале между своей мамой, Джеки, и дядей, Джоном Гарднером. Это много времени, чтобы обдумать значение момента, и все, что я мог придумать, - это причины, по которым меня там не должно быть. Что никто не должен знать имя Дэвида Гоггинса, а тем более ставить меня в один ряд с сенатором Маккейном.
Не потому, что я не заслужил своего места, а потому, что обстоятельства, в которые меня поставила жизнь, никогда не должны были привести меня сюда.
Конечно, сейчас я победитель, но я родился неудачником. В мире много рожденных неудачниками. Каждый гребаный день дети рождаются в нищете и неполных семьях, как и я. Некоторые теряют родителей в результате несчастных случаев. Другие подвергаются насилию и пренебрежению. Многие из нас рождаются с ограниченными возможностями, некоторые физическими, другие умственными или эмоциональными.
"
"Как будто каждому человеку выдается своя личная пиньята за то, что он вышел из утробы матери живым. Никому не дано узнать, что находится в его пиньяте, но что бы это ни было, оно так или иначе подставит его. Некоторые из нас открывают эту хреновину, и на них обрушивается дождь сладостей. Это те, кому все дается относительно легко - по крайней мере, поначалу. Некоторые пусты, как пересохший колодец. Другие - хуже, чем пустые.
Они набиты кошмарами, и преследования начинаются, как только ребенок делает первый вдох. Так было и со мной. Я родилась в куполе ужаса.
Пока выступающие по очереди выходили к микрофону, я находился в своей собственной темной пещере, заново переживая бесчисленные кровавые побои, которые отец наносил моей матери, брату и мне. Я видел, как мы бежали в Бразилию, штат Индиана, чтобы поселиться всего в десяти милях от активного отделения Ку-клукс-клана.
