Неверный муж моей подруги

Потому что она расскажет о тебе все так точно, так остро, так — в самое сердце…

— С любовью справлюсь я одна! А вместе нам не справиться!

…что ты будешь глотать слезы, глядя в темноту за окном автобуса и бояться повернуться, потому что сейчас, под эти слова, они все поймут по твоему лицу.

Мы еще добрый час колесили по городу, все еще распевая что-то — застольные кончились, перешли на «Короля и шута» и Цоя, но уже постепенно, одна за другой, мои собутыльницы отваливались. Садились в такси и разлетались яркими птицами по городу — каждая в свое гнездо.

Села в машину к молчаливому таксисту и я.

Попросила включить радио и ехала домой под французский шансон, прислонившись горячим виском к замерзшему стеклу.

Последние недели я убедила себя, что мне просто нравится кататься в машине по ночному городу. Смотреть, как мелькают огни, как летит навстречу освещенный фарами снег, слушать, как шуршат дворники и мурлыкает что-то мелодичное в колонках.

Но вот сейчас я была в машине, играла музыка, летел навстречу снег и даже от мужчины за рулем приятно пахло — и он умел быть ненавязчивым.

Только — все было не то.

Все было не то без Германа.

Я это слишком хорошо понимала и уже не удивлялась тому, что осознала сегодня вечером.

В мужа своей подруги.

Судя по соцсетям Полины, где фотографии белоснежных пляжей и креветок на гриле сменились на селфи на фоне запорошенных снегом елочек, отпуск Германа давно закончился.

А он так и не объявился — ни вживую, ни онлайн. ВКонтакт он вообще не заходил с того самого вечера с неслучившимся поцелуем.

Раньше я без задней мысли написала бы что-нибудь шутливо-обиженное. Мол, забыл нас, господин банкир, загордился. Нашел себе компанию получше? Так и мы не лыком шиты — я себе другого водителя найду, покруче владельца банка. Например, министра. Или депутата.

И спросила бы, во сколько едем домой.

Но все изменилось. Пропала легкость — даже на аккаунт Полины, чтобы посмотреть фото я заходила с чувством вины. Будто тайком подглядываю за ее счастливой семейной жизнью, словно сиротка из викторианских рождественских историй.

В общем, так оно и было.

Я тайком подсматривала за Германом.

Если бы он выкладывал где-то свои фотографии — смотрела бы их, но раз он не вел соцсети, приходилось лазить к Полине. Отматывать на неделю, месяц, два назад. Ревниво рассматривать каждое фото, где мелькает край его пиджака, стоящий напротив бокал с вином. Вглядываться в интерьеры их квартиры, выхватывая мелочи, которые могут принадлежать Герману.