Неверный муж моей подруги

На этот раз Полина молчала и кивала, изредка пытаясь вставить пару реплик по теме.

— Этим летом не сможем, как обычно, в Испанию полететь, — пожаловалась она. — А Маруська уже испанский начала учить.

— Вы же недавно летали отдыхать? — проявила я подозрительную осведомленность.

— Всего на неделю, — отмахнулась Полина. — И на Мальдивах ужасно скучно. Да и перелеты туда тяжелые, Маруська устает.

— Можно в Турцию, — предложила я.

— Фу… — скривилась Полина.

— Зато близко и детей любят.

— Маруська плохо переносит отельную еду, она ест только свежее, а там даже в «пятерках» все быстро заветривается на шведском столе.

— Можно выбрать отель с а-ля карт, — предложила я.

— Там всякие лобстеры и стейки, она это не ест. Иногда я вообще думаю с собой возить ее любимые макароны и проситься на кухню готовить. Такая приведеда!

— Не каждый отель указывает, что в номере есть кухня, — пожаловалась в свою очередь я. — Приходится туда звонить, а английский они знают далеко не всегда…

Мы обе открыли рот, чтобы продолжить говорить каждая о своем, закрыли… и засмеялись.

— Да, я все про Маруську, а ты все про туристов… — покачала головой Полина. — Как иногда интересы расходятся.

— Могу пожаловаться на разбойников, — предложила я.

— Да ну, — отмахнулась она. — Не так уж я и люблю все эти детские темы. Давай лучше про наших посплетничаем?

— Не о ком особенно, — вздохнула я. — Аглая в Аргентине, Митя на Кипре, Арсен в Ереване. Разве что Машка в пятый раз замуж вышла, одна она за всех отдувается.

— За кого? — заинтересовалась Полина.

— Опять за своего начальника. Я бы на месте ее нового мужа больше ее на работу не выпускала, а то где пятый, там и шестой…

Мы рассмеялись опять, вдруг почувствовав былую теплоту.

Словно не прошло много-много лет, нам все еще двадцать с хвостиком и мы круглые сутки торчим в редакционной кафешке, жалея только, что там нельзя курить. Иначе мы бы вообще не вылезали. Там бы и работали, и свидания назначали.

— Кстати, ты помнишь, когда мы в последний раз там заседали, я дала тебе «Дом, в котором» почитать.

— Ой… — Полина схватилась за голову. — Слушай! Стоит на почетном месте! Но я все время забываю. Может, я тебе денег отдам, а ты новую книгу купишь?

— Нет, денег не надо, — заупрямилась я. — Это раритет, из самого первого тиража. Он мне дорог как память.

— Слушай, ну давай через Германа передам? Вы же видитесь?

— Уже нет, — сказала я осторожно, чувствуя, что ступаю на тонкий лед.