Неверный муж моей подруги

Помню, в далекие времена, когда одна за другой закрывались передо мной двери редакций и приходилось перебиваться написанием рекламных текстов, каждое объявление на столбе «Работа для молодых и целеустремленных» пробивало дыру в моей уверенности в себе. Мне очень нужна была работа — не такая, конечно, но эти объявления остро напоминали мне о провалах.

Зато когда я нашла свое дело — объявления, наоборот, стали меня успокаивать меня. Все хорошо. У меня все уже хорошо и ничего не надо искать.

Точно так же последние несколько лет я спокойно смотрела мелодрамы — у меня эта часть жизни была надежно защищена, могу не волноваться.

Зато сейчас чужое счастье, даже мимолетное, длиной в один танец — ощущалось стеклянной крошкой, что сыпали в мясорубку, в которой прокручивалось мое сердце.

Нежность, волнение, предвкушение — я больше никогда не увижу этих чувств в мужском взгляде, направленном на меня. А так хочется…

Казахстанские рокеры, кажется, уловили, чего хочет публика и теперь просто играли балладу за балладой, больше не пытаясь обратить в свою веру нецелевую аудиторию.

Герман ждал, протянув мне руку, пока я быстро проверяла, не размазалась ли тушь и поправляла волосы. Я вложила свои пальцы в его ладонь и вынырнула из елового шалаша, сразу попав в его крепкие объятия.

— С тобой все хорошо? — спросил он, попытавшись заглянуть мне в лицо.

— Я выгляжу так, будто со мной все хорошо? — пробормотала я, понимая, что сейчас позорно разревусь на глазах у всех просто потому, что лежащая на пояснице твердая ладонь Германа дарила мне в этот момент ровно то ощущение, по которому я скучала.

— Ты выглядишь прекрасно, — сказал он, прижимая меня к себе чуть ближе, чтобы дать проскользнуть мимо нас официанту с полным подносом бокалов.

— Ты пьяный, что ли? — с подозрением спросила я, поднимаясь на цыпочках и втягивая носом воздух.

Зря я это сделала. Розмарин и холодные камни, нотка алкоголя и чуть терпкий запах горячей мужской кожи мгновенно затянули меня в параллельный мир.

В котором твердая ладонь чуть поглаживает мою спину, и через тонкую ткань тепло растекается по всему телу.

В котором мы танцуем так близко, что мои слегка растрепанные волосы касаются его лица, и он их не отводит.

В котором мои руки сами собой сдвигаются с жестких мужских плеч, и я обвиваю его шею, касаюсь кожи кончиками пальцев, ощущая разбегающиеся мурашки.