— А если не поможет? — прищурилась я.
— Тогда украду тебя и примусь объяснять, что я — лучший твой выбор.
Я усмехнулась.
— Выбор без выбора. Так, Тор?
— Я люблю тебя, — он прижал меня к себе и поцеловал в лоб, дотронулся своим лбом к моему. — Ты моё всё. Дыхание. Жизнь. Наши дети для меня всё. Пусти меня в свою жизнь.
— Выходит ты такой жадный, что тебе мало моего прощения, — тихо рассмеялась я.
— Я дракон. И да мне этого мало. Я хочу засыпать и просыпаться с тобой. Хочу читать сказки нашим детям, растить их.
— Ты уже и так в нашей жизни.
— Я хочу, чтобы ты приняла меня как мужчину. Ты сторонишься. Не веришь. И я сам в этом виноват. Дай хотя бы шанс доказать тебе обратное.
— Тор… я сижу на твоих коленях. Разве это похоже на то, что я сторонюсь тебя? — вскинула бровь.
— Элен, — прорычал Тор и снова сорвал с моих губ поцелуй. Снова прижался ко мне и хрипло прошептал. — Не отвечай. Пара дней — и я вернусь. И тогда ты станешь моей.
Я снова рассмеялась. Выбор без выбора.
Но я не была против.
— Это самое долгое предложение руки и сердца. Три года, Тор.
— Я вымолю прощение за это, — он дотронулся до моего лба горячими губами. Сжал в объятиях. Жадно вдохнул, зарылся в мои волосы.
— А что твоя семья? Помнится, твоя мать не слишком была рада мне.
— Не думай хотя бы об этом. Мне тогда было всё равно. Сейчас тем более, — Он потерся своей щекой о мою. Я зарылась в его тёмные волосы.
Мы так и сидели в тишине, просто обнимались и прижимались друг к другу.
А потом ему пришлось оставить меня.
И только слова «я люблю тебя» грели меня всю оставшуюся дорогу.
Глава 39
Прошло три дня.
Гораздо больше, чем говорил Торвальд. Меня это беспокоило. Но тот написал, что еще сутки-двое, и он скоро закончит поручение императора. У меня оставалась всего одна пара по целительству.
Было пять часов вечера, когда мне принесли еще одно письмо.
Оно было от мадам Крум. Няня сообщала, что Сара сломала руку и они ждут лекаря. Адрес был не наш.
Видимо, те гуляли и потом кто-то предоставил им помощь.
Я так переволновалась. Отпросилась с пары, взяла другой кэб, потому как моего не оказалось на стоянке, и стремглав помчалась по адресу, указанному в письме.
Когда я села в кэб, меня охватило сильное волнение. Мысли о том, как могла Сара сломать руку, не давали мне покоя. Я представляла, как она плачет от боли, и как няня мадам Крум пытается успокоить её.
Дорога казалась бесконечной.
