Теперь, когда у меня были деньги, я могла исполнить их желание.
Я расхаживала из угла в угол, не находя себе места.
Приготовила обед, испекла яблочный пирог, сварила какао. А потом услышала стук в дверь. На этот раз я была готова. Открыла дверь и встретила взгляд Кристофера.
— Ты приняла решение? — спросил он, пристально глядя на меня.
— Да, — твёрдо ответила я и пропустила его в гостиную, где были разбросаны игрушки. — Я поеду с тобой. Но только на моих условиях.
— Условия? — Кристофер приподнял бровь, явно удивлённый моей дерзостью.
А потом начал оглядываться, так и не садясь. — И какие же у тебя условия?
— Первое, ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь и принимать решения за меня.
Кристофер кивнул, соглашаясь.
— Второе, я… у меня… есть дети… и… я хочу, чтобы ты в случае чего защитил меня и их. Я не хочу расставаться с ними. Пообещай мне сейчас.
— Хм, — принц перестал улыбаться и сложил руки на груди. — Я хочу посмотреть на них.
— Нет, — качнула я головой. — Это ни к чему.
Кристофер прищурился, его взгляд потемнел.
— Почему мне кажется, что я пожалею об этом обещании?
— Кристофер, я, конечно, твоя подданная и всё такое. Но! — я ткнула его в грудь пальцем. — Я точно знаю и вижу, что я тебе нужна! Применить ко мне силу ты не сможешь, я уже успела написать письмо, которое отдадут в газетчикам в определённое время и день, если я не вернусь, и тогда все узнают, что мать-одиночку двоих детей похитил сам принц. Твоей репутации конец.
Принц удивился. А потом громко и раскатисто рассмеялся.
— Ты мне угрожаешь, Элен? — он искренне смеялся и качал головой. А затем сложил руки на груди. Его реакция удивила меня. — Мои подданные совсем распоясались. Боги! Какая наглость!
— Да, угрожаю, — холодно сказала я. — Потому что у меня нет другого выбора. Я сделаю всё, чтобы защитить своих детей.
Кристофер перестал смеяться и посмотрел на меня серьёзно.
— Ты действительно думаешь, что можешь запугать меня такими угрозами? — его голос стал низким и угрожающим.
— Ты недооцениваешь мою власть.
— Может быть, — признала я. — Но ты тоже недооцениваешь мою решимость. Я мать.
Мы стояли напротив друг друга, как два противника, готовые к битве. Я чувствовала, как сердце колотится в груди, но не позволила себе показать страх."
"— Хорошо, — наконец сказал Кристофер, его голос смягчился. — Я обещаю, что защищу твоих детей и они не покинут тебя ни при каких обстоятельствах. И я не буду вмешиваться в твою личную жизнь.
