Чуть помедлив, Эдит ответила:
– Скорее она выглядела не больной, а странной… Словно была не в себе. Смотрела куда-то вдаль и половины из того, что я ей говорила, не слышала. Мне показалось, она думала о чем-то другом.
Проклятье! Хью почувствовал, как в нем закипала ярость. За случившимся с Элизой мог стоять либо Ливингстон, либо Бенвик. Хью припомнилась злорадная усмешка Ливингстона. Что ж, вполне можно было предположить, что они станут мстить Элизе за Бенвика.
– Я еду домой. Хочу убедиться, что с Элизой все в порядке, – произнес Хью.
– Я ей так и сказала, – с улыбкой проговорила сестра.
Хью отвел Эдит к матери и пообещал ей, что пришлет за ними карету."
"– Конечно, милый, – ответила мать, затем отвела Хью подальше от сестер и шепотом добавила: – Будь с ней поласковее. У нее могла быть весьма основательная причина для внезапного отъезда.
– Я в этом не сомневаюсь, мама. Элиза не склонна к импульсивным поступкам.
– Да, верно. Она очень рассудительная, но… – Розмари выразительно посмотрела на сына.
– Я имею в виду очень основательную причину, понимаешь? Когда леди, недавно вышедшей замуж, внезапно становится нехорошо, это может означать… – Графиня быстрым движением руки обрисовала у своей талии круглый живот. – Так что прояви деликатность, – добавила она с улыбкой.
Хью молча кивнул. Об этом он как-то не подумал… Но мать была права. Вполне вероятно, все совсем не так страшно. Хью мысленно улыбнулся. Что ж, очень вероятно, что Элиза и впрямь носит под сердцем его ребенка.
Конечно, он бы предпочел, чтобы она сама сообщила ему об этом, но матери виднее… Наверное, она знала, о чем говорила, когда просила его быть с Элизой поласковее.
– Обязательно, мама, – сказал Хью и направился к выходу, довольно бесцеремонно работая локтями.
Он не стал выяснять, вернулся ли Финч, просто оставил для него распоряжения, а сам отправился домой пешком. Идти было недалеко, и Хью решил, что пешком сможет добраться гораздо быстрее, чем в экипаже по запруженным каретами улицам.
Он надеялся, что жена вернулась домой по самой радостной причине: ведь что может быть радостнее, чем весть, что у них скоро появится ребенок! И он предпочитал не думать, что Элиза, возможно, вернулась из-за Ливингстона. Мысль, что их теперь трое, окрыляла его, заставляя то и дело ускорять шаг. Он уже представлял, как Элиза качает их маленького сына и поет ему колыбельную. Темноволосый кудрявый мальчик… Или девочка.
