Невеста эльфийских кровей

Глянешь в них – и не помнишь себя. Даже имя забудешь.

Голос следователя изменился, стал задумчивым, в нем появилась тоска. Даже лицо его стало другим, каким-то мечтательным.

Но вдруг, будто очнувшись, он резко хлопнул рукой по столу:

– Хватит. Больше никаких сказок об эльфах.

А на следующий день в серой комнате Ринку ждал другой человек.

– Меня зовут мэтр Габош, и я теперь буду вести твое дело.

Он был полной противоположностью мэтра Лавьера: высокий, нескладный, худой. В таком же мундире, но без лысины и живота.

– А где мэтр Лавьер? – Ринка растерянно огляделась.

Тонкие губы Габоша раздвинулись, обнажая желтоватые зубы:

– Он отстранен. Больше ты его не увидишь.

Ни Герхард, ни Ильза больше не появлялись. Пару раз приходили монахини, приносили немного еды и последние новости. От них Ринка узнала, что матушка нашла адвоката, согласившегося защищать полукровку. Да только он не слишком торопится. То ли денег мало ему предложили, то ли не верит в успех.

Зато в один из дней к камере подошла незнакомая женщина. Молодая, белокожая, с надменным лицом. Чем-то неуловимо похожая на мэтра Лавьера. За ее спиной неловко переминался стражник, держа в руках тусклый фонарь.

Не приближаясь к решетке, женщина глянула на Ринку так, словно та была виновата во всех ее бедах.

Узница зачарованно уставилась на платье нежданной гостьи, расшитое серебром и рубинами. Такой красоты она еще не видала. Разве что в глупых мечтах.

Несколько минут они разглядывали друг друга.

– Надеюсь, ты здесь сгниешь, мелкая дрянь, – процедила красавица, испепеляя девушку взглядом. – Таким, как ты, в тюрьме самое место!

Это стало последней каплей. Мир за стенами монастыря оказался совсем таким не радужным, как обещала матушка Ильза, и он совсем не спешил распахнуть полукровке свои объятия.

Вскинув подбородок, Ринка встретила ненавидящий взгляд.

– Не смей смотреть мне в глаза! – взвизгнула гостья, прикрываясь рукой. – Грязная полукровка!

– Тише, леди, я же говорил, что не стоит сюда приходить, – пробормотал стражник, бросая в сторону выхода тревожные взгляды.

– Не вздумай попадаться мне на пути! – напоследок бросила незнакомка. – Герхарда я тебе не отдам!

А еще два дня спустя за Ринкой пришли, чтобы доставить на суд. Мэтр Дамерье застегнул кандалы на ее ногах и запястьях, а стражники в кожаных латах сопроводили к уже знакомому экипажу без опознавательных знаков.